Ветер не спрашивает о ваших планах

Справка

Проект «Дорогой Ломоносова: Холмогоры – Архангельск – Соловки» стал победителем шестого конкурса грантов Губернаторского центра

А карбас‑то настоящий!

Как на этой лодке можно выйти в море? А на взгляд человека несведущего, и таких большинство, это, действительно, «какая‑то лодка». Но неужели на таких же выходили в море и поморы? Кажется, любая волна сразу же захлестнёт это деревянное судёнышко…

И, пожалуй, это очень важный эмоциональный момент этой экспедиции – сопереживая, мы чувствовали свою некую эмоциональную сопричастность к ней. А тем более что в этот поход отправились двое наших коллег и друзей – Пётр Симаков и Ильдар Хабибуллин.

По возвращению прежде всего спросили у них – как они прошли испытания большой волной, в которую попали? Оба ответили, что судно показало себя самым лучшим образом.

– Между Яреньгой и Лопшеньгой мы шли по большой волне, – говорит Пётр Симаков. – И мне очень понравилось, как вёл себя карбас – очень устойчиво. Когда мы с папой при такой волне ходили на швертботе, он всё время зарывался носом в волну, а здесь мы ни разу не хлебнули воды.

Пётр говорит, что, видимо, сказался опыт капитана «Ровды» Николая Выморкова, который бывал в различных походах – речных, озёрных и морских. И всё же столь серьёзного испытания у этого карбаса, построенного энтузиастами, до этого не было.

Карбас «Ровда» был построен летом 2024 года на Ровдиной Горе, которая находится на Курострове, а это, как известно, малая родина Михаила Ломоносова. Здесь возник проект «Ровдина Гора», которым руководит Николай Выморков, сумевший собрать команду энтузиастов в том числе и для строительства карбаса. По его словам, это самое простое по построению судно, которое опытная бригада плотников строит за две-три недели. Бригада, созданная Николаем, работала всё лето 2024 года, ведь строительством могли заниматься только по выходным.

Но на одном энтузиазме ничего не создашь.

– Прежде чем приступить к строительству, мы набирались опыта, – говорит Николай. – Читали книжки, смотрели чертежи соломбальской судоверфи. Ребята, которые работали на строительстве нашего карбаса, сначала работали у Евгения Шкарубы на «Поморской шхуне» и у Глеба Плетнёва на «Поморском коче». В общем, получали практические навыки, и только после этого мы приступили к строительству карбаса. Конечно, многое было непонятно, казалось странным и неизвестным. Но вроде справились.

И вот этот переход по Белому морю на Соловки показал, что частицу «вроде» можно убрать.

Пётр Симаков рассказывал, как они в деревне Пурнеме попали на кладбище карбасов, возвращаясь уже с Соловков.

– Карбас очень хорошо держит волну, а также может идти по мелководью, – говорит он. – Поэтому его в недавнем прошлом в поморских деревнях имела каждая семья. Я походил и посмотрел на эти карбасы, отслужившие свой век. Было видно, что многие из них сделаны довольно грубо. А у Николая всё делалось с большой душой. Каждая дощечка пригнана, каждая деталь подогнана. Поэтому у нас изначально было большое доверие и к нашему капитану, на котором лежала огромная ответственность, и к судну, которое построила его команда. В Пурнеме нас спросили – какая его длина? Когда узнали, что семь с половиной метров, одобрили – это правильный размер, чтобы выходить в море.

А море вынесло свой вердикт – карбас настоящий!

Команда на все сто

В походе участвовало семь человек. Всё же насколько он был рискованным для участников? Спрашиваю об этом капитана.

– Мы очень хорошо готовились к этому походу, – говорит Николай. – Рассчитывали маршруты, измеряли расстояния. Два года набирали опыт – и в море потихоньку выходили, и по большим озёрам, и по рекам ходили. Плюс я специально прошёл курсы управления парусной яхтой. Также мы взяли с собой всё оборудование для обеспечения безопасности, которое должно быть на лодке в море – спасательные жилеты, круги, ракеты, рации. В общем‑то, были вполне готовы к тем условиям, которые нас могли встретить. С другой стороны, море – это всегда море, и абсолютно ко всему готовому быть нельзя.

Николай говорит, что одним из таких испытаний стала большая волна, на которую они попали в открытом море.

– Мы не ожидали такой волны, – пояснил он. – Мы уже отошли от берега, а волна оказалась сильнее, чем мы рассчитывали. Если бы мы стояли на берегу, мы в такую волну изначально не пошли бы. Отступать было поздно, поэтому пришлось действовать по обстоятельствам. Но оказалось, что лодка прекрасно себя ведёт на таких волнах.

Но и здесь у команды была подстраховка. Этот проект поддержал Губернаторский центр, благодаря чему удалось приобрести необходимое оборудование, а самое главное – надувную лодку с мотором, которая была привязана к карбасу, и если бы возникла необходимость, стала бы спасательным плавсредством.

Как оказалось, она их выручала несколько раз, в частности, при подходе к Соловкам. В то время дул такой сильный ветер, что на вёслах к берегу причалить было невозможно.

– Грести было бесполезно, – говорит Пётр, – нас бы сразу унесло в открытое море. Поэтому к берегу мы подошли на надувной лодке с мотором, она нас, действительно, здорово выручила.

Команда состояла из семи человек, при необходимости четверо сидели на вёслах. У Ильдара была ещё одна важная обязанность – он готовил обеды на всю команду во время стоянок. По отзывам – меню было разнообразным, а еда вкусной. А ещё на пути команды встречалось много земляники, грибов, но перед ней стояла другая задача, и собирать дары леса не было времени.

– Мне как капитану очень повезло, что именно эти люди смогли отправиться со мной в море, – говорит Николай.

На вопрос – был ли отбор в команду, он ответил утвердительно.

– Когда мы идём, допустим, из Холмогор до Архангельска, то можем себе позволить взять людей, которые не имеют особого опыта хождения под парусом, – пояснил он. – Но здесь была совершенно другая история. Нельзя было ошибиться ни с одним членом экипажа. И наш поход показал, что именно эти люди, которые оказались в команде, способствовали на сто процентов тому, что он во всём получился успешным. Потому что каждый из семи человек обладал определёнными навыками, которые были просто необходимы в этом непростом путешествии, скажем прямо. Кто‑то умел ставить и собирать паруса, бросать якорь, кто‑то умел грести, кто‑то умел вовремя пошутить, кто‑то умел готовить, и всё это было не менее важно, чем ходить по морю.

Две ночи на косе

Каким же маршрутом шла «Ровда»? Начался он от Кузнечевского моста, затем Мурманским рукавом команда дошла до острова Кумбыш, где встали на первую ночёвку, поставив там палатки. В следующий переход карбас вышел уже в открытое море, оказавшись в отдалении от берега. К вечеру стала портиться погода, и карбас пришвартовался возле деревни Сюзьмы. Члены экипажа провели здесь две ночи на косе, потому что не утихал ветер.

– Сюзьма – древнее поморское село, расположенное на Онежском полуострове, – говорит Пётр. – Оно оторвано от цивилизации – здесь нет дорог и электричества. Но жители поставили солнечные панели и генераторы, поэтому живут вполне цивилизованно.

В море вышли на третий день, когда казалось, что ветер утих.

– У нас планировалась более длительная остановка в Пертоминске, – объясняет Пётр, – но, когда туда дошли, посмотрели прогноз, приняли решение двигаться дальше, потому что дул очень свежий, хороший ветер. Потом мы остановились под Лопшеньгой, поспали три-четыре часа, пообедали перед переходом и отправились дальше.

Прошли остров Жижгин, на котором находится известный маяк.

Когда отходишь от острова Жижгин, сразу видишь остров Анзер, это уже Соловецкий архипелаг. Прошли Большую Муксалму и достигли бухты Благополучия в 10 часов вечера.

По словам Петра, экипаж попал в сильный дождь, все вымокли и очень устали.

– Изначально мы планировали, что будем ночевать в палатках, на Соловках проведём пару дней, – говорит он. – Но нам надо было обсушиться, и нас на ночлег пустили друзья Николая. Мы были так вымотаны, что даже не стали ужинать. Николай встал в пять утра, посмотрел прогноз погоды, дал нам выспаться до семи часов. Всех поднял и сказал, что нам нужно сегодня в районе 12 часов выйти обратно, иначе мы на Большую землю не попадём. Потом будет дуть южный ветер. В этом плане тоже очень интересный опыт. Начинаешь понимать ментальность поморов, людей, которые живут у моря. На самом деле всё определяет ветер. Всю твою судьбу.

О значении ветра в жизни поморов говорил и Николай.

– Ветру всё равно, какие у вас планы, – пояснил он, – ему можно противопоставить только знание и опыт, вот почему в прежние времена в экспедиции искали мореходов с опытом. И в поморских деревнях вместо приветствия говорят, какой сегодня ветер.

«Мы будто слились с морем»

Обратный путь команды шёл через Чесменский маяк, где встали на короткую стоянку.

– Погода была замечательная, – рассказывает Пётр. – Красота кругом невероятная. Но у нас был один день, чтобы дойти до Пурнемы. Дул слабый ветер – три-пять метров в секунду, – и мы шли под парусами – тихонечко дрейфовали вдоль берега. И спали уже в карбасе. Но для нас это была ночь созерцания белух и тюленей. Они постоянно ныряли, фыркали, выглядывали, смотрели на нас. Тюлени интересовались – кто тут? Когда идёшь под мотором, никогда этого не услышишь и не увидишь.

Мы будто слились с морем, стали его частью, поэтому и его обитатели нас не боялись. И все проснулись и наблюдали за белухами и тюленями, так мы всю ночь дрейфовали под этим ветерочком. Потом ветер поднялся, и мы дошли до Пурнемы…

Это село находится в двухстах километрах от Архангельска.

– Нас встретил местный житель Николай Иванович Ипатов, провёл краткую экскурсию по селу, рассказал об очень древнем храме, который стоит в Пурнеме. Он объект культурного наследия, – продолжает Пётр. – Также он рассказал, что Пурнема – одна из немногих деревень, где выстроено родословное древо по каждой семье. Все знают о своих корнях до XVI века.

«Дорогой Ломоносова: Холмогоры – Архангельск – Соловки»

Это так правильно называется маршрут, которым прошёл карбас «Ровда». Потому что этот поход не сам по себе, а имеет глубокий смысл.

– В 2026 году мы отмечаем 315‑летие со дня рождения Михаила Васильевича Ломоносова, 325‑летие Новодвинской крепости, готовимся к 600‑летию начала монашеской жизни на Соловках, – говорит Николай. – И мы всё это сложили в общий маршрут, который и называется «Дорогой Ломоносова: Холмогоры – Архангельск – Соловки».

Действительно, таким маршрутом на Соловки ходил юный Ломоносов, что подтверждено документально.

Николай объяснил, что по условиям гранта результатом этого похода должен стать фильм, а также десять коротких роликов по ключевым историческим локациям.

– Мы ещё раз пройдём от Холмогор до Архангельска, – продолжает он. – И всё, что встречается по пути, будем показывать в минутных промороликах. То есть там будет Вавчуга, село Ломоносово, Холмогоры, Архангельск, Новодвинская крепость, остров Мудьюг, поморские деревни. И плюс ко всему мы постараемся набрать материал, чтобы сделать примерно на 20–30 минут фильм о том, как мы шли по этому маршруту. Поэтому в походе работал профессиональный оператор.

Спрашиваю Николая – какие у него собственные ощущения после этого перехода?

– У меня ощущение, что я вообще вернулся другим человеком, – ответил он. – Время покажет, насколько это правда. И самая большая такая эмоция – это то, как мы увидели и почувствовали море. Потому что когда ты гуляешь по пляжу, допустим, даже в шторм, то смотришь на эту стихию и думаешь: ну море, какое оно красивое или грозное. А когда ты оказываешься в этой стихии внутри, то понимаешь, что это просто другая среда обитания. То есть когда волны выплескиваются на берег – это одно, а когда ты сидишь в маленькой лодочке посреди этих волн – совершенно другое. Или когда ты, допустим, плывёшь в штиль и всю ночь вокруг тебя высовывают головы тюлени, белухи… И ты чувствуешь себя частью этого прекрасного мира.

А ещё Николай рассказал такой эпизод, тоже связанный с походом:

– Один член нашей команды, Оля, осталась на Соловках, потому что она не из Архангельской области, на Соловках никогда не была и решила задержаться. На следующий день она пошла в морской музей на экскурсию, где ей рассказали, что в былые годы на ладьях под парусом из Архангельска до Соловков добирались четыре-пять дней, и тем, кто прошёл эту дорогу, Соловки казались раем. Мы поняли, что это и наш случай, потому что именно четыре дня мы шли от Архангельска до Соловков. И когда до них добрались, мы были настолько счастливы, что всё сложилось, что действительно острова нам показались подлинным раем…

Светлана ЛОЙЧЕНКО