О людях, которые выбирают дело: архангелогродцев в мае ждут три документальных премьеры
Там, где звучат голоса мельниц
– Весь прошлый год мы колесили по России, – говорит режиссёр, – снимали мельницы, которые выжили в естественных условиях в течение ста и более лет. И людей – энтузиастов, верных своей цели – восстановить эти мельницы и дать им новую жизнь.
– Сколько мельниц сохранилось в стране – есть такие данные?
– Ещё в начале XX века только в Архангельской области работала тысяча мельниц. А сейчас по всей России их наберётся меньше сотни… Но вот в чём парадокс: вокруг них, благодаря усилиям людей, стало меняться культурное пространство. Возникли туристические потоки, фестивали, начали печь хлеб, готовить сыры, проводить научные конференции, сопутствующие тематические мероприятия и так далее…
– Можно ли это показать на примере Архангельской области?
– В Архангельской области яркий пример – село Кимжа в Мезенском округе. Мы снимали там дважды. Это были разные сезоны, даже распута. Но ничто не помешало туристам ехать туда самостоятельно, чтобы посмотреть на деревню, церковь и мельницы, посетить шесть музеев, созданных на территории. Мы застали художников из разных уголков России, туристов из Петербурга, Новгорода, Тамбова. Там гостевой дом вообще не простаивает – вне зависимости от сезона в село постоянно приезжают люди. И мельницы, как магнитом, притягивают к себе. Об их истории рассказывает Евдокия Репицкая – берегиня места. Две мельницы находятся в Кимже. А ещё две – в соседнем селе Погоролец, одну уже восстановили благодаря увлечённым людям, грантовым поддержкам, Фонду молинологической ассоциации. Мельницы в Архангельской области, на минуточку, самые северные в мире.
В Ровдиной Горе до недавнего времени Николай Выморков проводил фестивали. Мы застали летом несколько автобусов с туристами, которые специально приехали на его экскурсии, для посещения музея Ломоносова, мастер-классы резьбы по дереву и на обеды к Виктору Тышкунову. Это такая визитная карточка места. Плюс холмогорская пекарня, куда к Александру Решетову все едут за знаменитыми калачами. Мы тоже не были исключением.
– Опыт других мест чем может быть нам интересен и полезен?
– В Липецкой области, в Лебяжьем, восстанавливается каменная ветряная мельница голландского образца, а это редкий тип для России. Она построена в 1895 году и действовала до 60‑х годов XX века. Сейчас в ней открывают Музей хлеба.
В деревне Завал под Великим Новгородом находится мельница, обшитая дранкой, ей 101 год. На её реконструкцию ушло 12 миллионов рублей, и мы следили за этим процессом. В ней же находится очень интересный двухэтажный музей поозерского быта. В этом музее работает преданная своему делу Екатерина Ивановна Андрианова. Она ведёт лекции, экскурсии, шьёт маленькие мешочки, в которых дети и взрослые увозят смолотую собственноручно на жерновах муку. Вокруг мельницы постепенно будет строиться большой туристический кластер, чтобы люди могли приезжать семьями и проводить там практически целый день.
В Карелии есть деревня Киндасово, известная как деревня шуток и прибауток, о которой писал Николай Лесков. Там Юлия Толмачёва и Светлана Хребтова нашли когда‑то в обмелевшей Шуе старый жёрнов и вот – работает мельничный комплекс и восстановленная водяная мельница радует людей. Механизмы мельницы располагаются на плоту, поэтому предполагается, что она работает независимо от уровня воды в реке. Там также устраивают различные праздники, в том числе гастрономические. От туристов отбоя нет!
Под Курском, в селе Красниково находится водяная мельница, построенная без единого гвоздя. Ей более четырехсот лет. Восстановленная мельница работает и живёт. Вокруг – огромное гостевое пространство. Там можно проводить масштабные мероприятия чуть ли не на пять тысяч человек.
В Бариновке под Самарой Ирина Яковлева печёт хлебá по специальной рецептуре, хлеб «Троицкий» занимает первые места на специализированных мероприятиях и выставках. На мельницу едут семьями. Там вкусно, много места, интересные экскурсии.
– Мельницы больше предназначены для развития туристической индустрии или к ним есть и научный интерес?
– В Гатчине сейчас в «лесах» мельница Андрея Штакеншнейдера, построенная в конце XVII века. Это отдельная и очень интересная история. Здесь Владимир Епишин собирает научных сотрудников, лучших специалистов России на научные конференции. Создан детский театр, пекут фирменные мамины шанежки, булочки по старинным рецептам, проводят ежегодные фестивали ижорской репы, праздники ингерманландских финнов.
– Люди, создающие культурные пространства вокруг старинных мельниц, между собой как‑то взаимодействуют?
– Конечно. Фонд Русской молинологической ассоциации, учредителями которой стали ТОС «Кимжа», туристский культурно-музейный центр «Кимжа» и его руководитель Анна Крючкова, занимается восстановлением северных мельниц, а также поддерживает контакты с мельниками по всей России. Они встречаются сообществом, проводят конференции, делятся опытом, поддерживают друг друга. В июле этого года в Кимже состоится молинологический фестиваль, на который будут приглашены все участники съёмок фильма «Голоса мельниц». Состоится всероссийская премьера фильма. Затем альманах будет путешествовать по городам и деревням, где мы снимали.
А его премьера для Архангельска пройдёт 12 мая в 18:00 в малом зале Архангельского культурного центра. И 13 мая – в ЦКиОМ в Северодвинске. По нашей уже состоявшейся кинотрадиции.
Жажда путешествия
«Достичь Арктики» – фильм, посвящённый 50‑летию научно-экспедиционного судна «Михаил Сомов», на котором Ольга Лаптева и съёмочная группа в Арктике провела два с половиной месяца.
– Прежде всего это фильм о людях, которые выбирают трудный путь, тяготы жизни, но они выбирают и настоящее дело, – говорит Ольга Лаптева. – И мы в фильме задаёмся вопросом: что ими движет?
– Удалось найти ответ на этот вопрос?
– Однозначного ответа нет. Но ведь человека, отправляющегося в такие экспедиции прежде всего питает и энтузиазм, и жажда путешествия, и жажда неизведанного, а, может быть, и познание себя. Или преодоление.
– Кто ваши герои?
– Метеорологи, исследователи, полярники. Фильм прежде всего о них. Ещё сама Арктика – величественная, недоступная, огромная, которая не принаряжается к приходу гостей, а существует только в ей понятном стихийном режиме и настроении. Фильм создан при поддержке Северного УГМС и фонда ПОРА. Премьера состоится 13 мая в 18 часов в Архангельском городском культурном центре, в малом зале. Приходите!
Вышивка, которую можно читать
Третий фильм, «Берегини», снимался в Чувашии.
Ольга Лаптева говорит, что в этом году там прошли аншлаговые премьеры фильма, он поддержан министерствами культуры, образования, экономразвития, городской администрацией. И сейчас успешно проходят показы в Чувашской Республике и на фестивалях. Состоялась премьера в Тюмени.
– Я привезла его на Север, потому что эта тема вызвала горячий, неподдельный интерес, – продолжает она. – Может быть, потому, что почти каждая первая северянка – искусница, у женщин здесь золотые руки. «Берегини» – документальный альманах о чувашских мастерицах, которые сохраняют сакральные смыслы в вышивке и бережно трансформируют её в современную одежду. В фильме «Феномен поморской песни» я искала генетический код северной песни. А в Чувашии – генетический код вышивки и её феномен.
– И в чём этот феномен?
– Чувашская вышивка и её смыслы веками оставались неизменными. Чуваши любят своё, это не только музейные экспонаты, одежду носят и в праздники, и в будни. В Год единства народов России как нельзя лучше рассказ о чувашском искусстве пришёлся и на Севере тоже.
– Обычно мы привыкли смотреть фильмы, которые рассказывают о нас самих, нашей культуре. Но можно предположить, что этот фильм вызовет интерес, ведь это открытие неизведанного мира, который создавался веками в других культурных традициях…
– Фильм будет показан в мае в библиотеке имени Добролюбова, Архангельском музыкальном колледже, в музейном объединении во время «Ночи музеев», в краеведческом музее в Северодвинске, в САФУ, в Старинном особняке на набережной, в детской школе народных ремёсел, в Уйме и на других площадках.
– Что в основе фильма «Берегини»?
– Пять героинь и пять историй на основе общей темы. Чувашский национальный костюм, его роль в жизни современного человека. Этому мастерству учатся, вне зависимости от возраста, до сих пор.
Все три фильма очень разные, но объединены они темой «роли человека в истории», любовью к своему делу, к малой родине, к России…
Беседовала Светлана ЛОЙЧЕНКО
