«Первыми на льдину выскочили Коля Епимахов и Коля Алдаев»

Представление книги прошло в рамках программы библиотеки «Архангельская книга».

Книгу представляли Пётр Симаков, руководитель издательства, Надежда Пономарёва, автор-составитель, и Виктор Тяпков, дизайнер. А также ветераны и сотрудники Архангельского объединённого авиаотряда.

Любое издание, в котором речь идёт об истории предприятия, представляет также историю региона и страны в целом. Но со Вторым авиаотрядом всё же ситуация особенная, ведь его работа связана с огромным количеством предприятий, а пилоты авиаотряда работали в самых суровых условиях Арктики и Антарктики, как и на многих континентах планеты. И будничная работа пилотов непременно предполагала мужество, выдержку и героизм. В общем, не работа, а ежедневный подвиг.

Создатели книги говорили о том, что стремились сделать её своеобразной энциклопедией жизни Второго авиаотряда – настолько сконцентрирована информация на её страницах. Также в книге очень много фотографий, которые подчёркивают документальность издания. А ещё много того, что должно создавать ощущение гармонии: цвет, свет и даже шрифты в этой книге носят название «Аэропорт».

Не касаясь льда

Надежда Пономарёва на вопрос о том, что ей больше всего запомнилось в работе над книгой, ответила, что это истории спасения людей. Как пример она вспомнила историю спасения участников экспедиции дрейфующей станции «Северный полюс – 32» в начале марта 2004 года.

И тут же представила Николая Алдаева, старшего инженера лётного состава авиаотряда, который принимал участие в этих спасательных работах.

Для информации стоит напомнить, что станция «Северный полюс – 32» – это первая уже российская дрейфующая станция. Последней советской дрейфующей станцией была станция «Северный полюс – 31». Кстати, она стала единст­венной советской полярной станцией, которая прошла всю систему дрейфа льдов вокруг полюса.

А станция «Северный полюс – 32» повторила судьбу первой дрейфующей станции, которой руководил легендарный Иван Папанин. Также к тому времени прошло 70 лет спасения челюскинцев, которых вывозили на самолётах. Но шёл 2004 год, и об этой тоже уникальной арктической операции по спасению членов экспедиции «Северный полюс – 32» сообщалось не особо широко. И всё же проходили отдельные публикации, в том числе в федеральной прессе.

В частности, 10 марта 2004 года в «Российской газете» вышла статья, которая так и называлась – «Спасение станции «Северный полюс – 32», автор – Андрей Мурашов. В статье говорится: «События, разыгравшиеся накануне Международного женского дня, по своему значению вполне сопоставимы с тем, что случилось за полярным кругом ровно 70 лет назад. Вот только тогда, в 1934‑м, челюскинцев снимали со льдины лётчики. Теперь же полярников спас экипаж вертолёта Ми-26 Второго Архангельского авиаотряда».

Дальше о спасательной операции в газете рассказывает командир экипажа Виктор Трефилов. Он и сказал, что первыми на льдину выскочили бортоператор Коля Епимахов и бортинженер Коля Алдаев.

И уже Николай Гордеевич Алдаев рассказал участникам презентации книги о том, как проходила эта спасательная операция.

– По плану полярная станция работу должна была завершить в апреле, – вспоминает Николай Гордеевич, – но нам сообщили, что из‑за таяния льда станция потеряла большинство жилых домиков, и у них почти не осталось еды. Обычно участников экспедиции забирает ледокол, но в этой экстренной ситуации он просто не успел бы дойти до них.

По словам Николая Гордеевича, на подготовку к полёту им дали всего сутки. Притом сначала они должны были сделать посадку на Шпицбергене, а это очень сложный аэродром, особенно для вертолётов. Оттуда до станции, которая терпела бедствие, ещё 840 километров. Для Ми-26 дальность полёта запредельная.

– Мы установили дополнительные баки с топливом, – рассказывает Николай Гордеевич, – рассчитали, что его должно хватить. Но были плохие метеоусловия – сильный мороз и циклон, – автопилот в такой ситуации не включить, и все восемь часов шли на ручном управлении.

Николай Гордеевич говорит, что и посадка вертолёта на льдину была экстремальной.

– Никто не знал, выдержит ли лёд вес вертолёта, а это 50 тонн, – продолжает он. – Поэтому вертолёт только завис над льдиной. Пилоты так его и держали, а это громадное напряжение – у них потом спины были мокрые.

И тогда ещё Николай Алдаев одним из первых выскочил на лёд, чтобы помочь участникам экспедиции подняться на борт.

– Они с большой радостью заскочили в вертолёт, – продолжает он, – их было 12 человек, забрали всех, а также всех собак и благополучно их доставили на Большую землю.

Лётчики, которые спасали челюскинцев и участников экспедиции «Северный полюс – 1», как известно, стали Героями Советского Союза, а пилоты, которые спасали участников первой российской дрейфующей станции, получили памятные значки, которые им вручили спасённые же ими члены экспедиции…

Полярный пилот

Если продолжать тему спасения, можем вспомнить легендарные кадры, которые сейчас вызывают настоящий ужас, – вертолёты, зависающие над жерлом пылающего четвёртого реактора Чернобыльской атомной станции. Они также садились на крышу станции, поднимая облака пыли, а мы уже знаем, что она радиоактивная.

Среди тех, кто пришёл на презентацию, был Геннадий Петрович Нуштаев, пилот-вертолётчик с почти тридцатилетним стажем. Он работал командиром МИ‑1, МИ-8 и современного МИ‑26. Среди других наград имеет орден Мужества за ликвидацию Чернобыльской аварии. Мастер спорта по вертолётному спорту. Главное – он полярный пилот.

Геннадий Петрович как раз работал на ликвидации Чернобыльский аварии в первые дни после того, как она случилась. Об этом не шла речь во время презентации книги, но о тех драматических событиях Геннадий Петрович рассказывал в интервью «Правде Севера» за 25 января 2017 года, которое называлось «На этих винтах держится наша жизнь…». Тогда он сказал, что из тех, кто работал там в те дни, все ушли из жизни. «А меня полураспад ещё не настиг…» – пошутил он.

Во время презентации Геннадий Петрович тоже рассказывал особенную историю спасения атомщиков. Правда, очень коротко – о том, как он вместе с экипажем вертолёта спас учёных на Новой Земле, которые чуть не оказались в ледяной горной реке.

Но это настолько невероятная во многих смыслах история, что я позволю её пересказать по тому, как она прозвучала в интервью нашей газете.

Геннадий Петрович рассказывал, что на Новой Земле он работал в 1977–1978 годах. Тогда вертолётчики с Маточкина Шара доставляли рельсы, трубопроводы и всё, что было необходимо для бурения штольни, которая находилась за рекой. Через реку была установлена понтонная переправа, по которой ездили машины. На машине в штольню и отправились учёные-атомщики.

По словам Геннадия Петровича, командир части почему‑то стал беспокоиться – не случилось ли чего с учёными? Просто так, без причины. И попросил сделать облёт этого места, посмотреть всё ли в порядке. По воспоминаниям Геннадия Петровича, в то время была очень плохая погода – сильная турбулентность.

– Военные не полетели – у них опыта было мало, – вспоминал он. – А мы решили сделать разведывательный полёт. Трясло очень сильно, но долетели мы, вижу – всё в порядке, машина едет себе. И мы дальше полетели. А когда развернулись, смотрим, а моста нету! Машину тащит вниз по реке, а река горная, хорошо, их не перевернуло, они бы сразу погибли. Надо было быстро принимать решение. Экипаж у нас был слетанный. Это имеет очень большое значение. Говорю – заходим и забираем всех с первого раза. Второго не будет. Машина накрыта тентом, учёные уже поднялись на него, машут нам. Поэтому я спустился прямо над ними, потом сдвинулся влево, прижался прямо к брезенту. Открыли дверь, поставили стремянку, и они прошли. Им руку подавали и затаскивали внутрь. У нас на всё ушло полторы–две минуты.

Спасли 13 человек. Но это ещё не всё. Оказалось, что в кабине сидел солдат, который отказался её покидать без приказа командира. А машина к тому времени была уже по капот в воде и быстро погружалась в реку. Как вспоминал Геннадий Петрович, пришлось сказать солдату, что командир на борту и передаёт приказ покинуть кабину. Так спасли и его.

Примечательно, что среди спасённых были два академика – Николай Лавёров и Лев Феоктистов!

По воспоминаниям Геннадия Петровича, это спасение все вместе отметили очень радостно. А прозорливый командир части сказал, что если бы они были военными лётчиками, он бы их представил к званию Героев Советского Союза. А так ограничились тёплыми словами и благодарностями.

Во время презентации прозвучал вопрос: есть ли статистика – сколько людей спасли пилоты Второго авиаотряда? Оказалось, что такой статистики нет, но, безусловно, это тысячи или десятки тысяч жизней.

– Для выполнения рейсов санавиации нас поднимали ночью, мы уходили с кинотеатров и спектаклей, – говорит Геннадий Петрович, – понимали, что это необходимо. Телефон санавиации помню до сих пор и, видимо, уже не забуду – 75 602.

Местные авиалинии также очень влияли на жизнь обычных людей – тут же присутствующие стали вспоминать, как на самолётах летали на каникулы в деревню к дедушке и бабушке. И о том, что в Архангельской области пролегали самые короткие авиамаршруты в мире, полёты на которых длились 10–15 минут. В частности, это перелёты Мезень – Каменка и Котлас – Коряжма.

Конечно, эта книга прежде всего интересна и важна для тех, кто связал свою судьбу со Вторым авиаотрядом, и это тысячи человек. Но также и для всех жителей области, потому что это наша общая история.

Светлана ЛОЙЧЕНКО