Подарок к Году культуры Русского Севера: установлено происхождение каменотёса Гавриила Балушкина
Запомним новое имя
Имя легендарного каменотёса Самсона Суханова известно многим, «Правда Севера» тоже писала о нём не раз. А также о том, что Валентина Столбова, исследователь наследия каменотёсов Санкт-Петербурга, написала книгу о Самсоне Суханове, а это огромный исследовательский труд. Материал для книги о Самсоне Суханове, который родом из нынешнего Красноборского округа, Валентина Петровна собирала 15 лет. Книга называется «Самсон Суханов – каменолом, каменотёс, ваятель», вышла она в Санкт-Петербурге небольшим тиражом, но её можно найти в Архангельской областной библиотеке имени Добролюбова.
Напомним, что результатом деятельности артели Самсона Суханова стали ансамбль Стрелки Васильевского острова, скульптуры Главного Адмиралтейства и Горного кадетского корпуса, колонны Исаакиевского и Казанского соборов – всего 29 архитектурных объектов в Санкт-Петербурге. В России порядка 50 объектов, созданных Самсоном Сухановым и его артелью. В том числе постамент памятника Минину и Пожарскому в Москве.
А теперь нам предстоит выучить новое и пока для нас неизвестное имя – Гавриила Афанасьевича Балушкина, выдающегося каменотёса середины XIX века, который, как и Самсон Суханов, родился в Сольвычегодском уезде. Это открытие сделали Валентина Столбова вместе с коллегой Георгием Поповым. В прошлом номере газеты была опубликована их статья «Мастера, создававшие облик Петербурга», в которой они рассказывали об этом открытии.
Чтобы представить уровень мастерства Гавриила Балушкина, стоит сказать, что под его наблюдением вырубались знаменитые атланты Нового Эрмитажа, которые стали визитной карточкой Санкт-Петербурга, императорские гробницы в Петропавловском соборе, памятники Николаю I, Екатерине II и лейб-хирургу Виллие. Также он участвовал в строительстве Исаакиевского собора и в реставрации скульптур и фонтанов в Летнем саду и в Петергофе.
Родина и происхождение Гавриила Балушкина долгие годы оставались загадкой. И буквально на днях стало достоверно известно, что его место рождения именно Сольвычегодский уезд.
Сегодня наш разговор с Валентиной Столбовой о том, как удалось сделать это открытие, а значит, вернуть легендарного каменотёса его малой родине.
Только воспоминания
– Валентина Петровна, насколько Гавриил Балушкин был известен в своё время, например, по сравнению с Самсоном Сухановым?
– Самсона Суханова прославляли уже его современники. О нём писал Николай Бестужев, в том числе описывал, как работала артель Самсона Суханова. Историк Павел Свиньин был первым биографом Самсона Суханова. Его знали на протяжении всего XIX века, а также в XX веке. Его имя вошло в энциклопедические словари. В середине прошлого века Николай Петрович Борисов, профессор Ленинградского кораблестроительного института, и Павел Григорьевич Зашихин, краевед из Красноборска, написали очерк «Самсон Суханов: каменных дел мастер». У меня в книге описана вся история изучения наследия Самсона Суханова.
– А про Балушкина таких публикаций не было?
– Если говорить о Гаврииле Балушкине, то нам остались только его воспоминания, где он рассказывает и про свою жизнь, и про скульптора Александра Ивановича Теребенева, под руководством которого он работал. Эти воспоминания были опубликованы в 1860 году в журнале «Архитектурный вестник».
Сейчас появился интерес к личности Гавриила Балушкина, тем не менее сведения о нём я собирала по крохам, буквально заседая в архивах. Исследователи, которые занимались изучением его жизни и деятельности, обычно писали, что он петербургский купец и что он родился в Санкт-Петербурге. Изучением жизни Балушкина я занимаюсь примерно пять лет и всё это время смотрела петербургские метрические книги и ревизские сказки в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга, но там о нём ничего не нашла. Но некоторые краеведы также писали, что он родом из Великого Новгорода. Однако генеалогические поиски в Государственном архиве Новгородской области не увенчались успехом, тем более что во время Великой Отечественной войны многие документы дореволюционного периода были утрачены.
А полгода назад, работая в Российском государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге, я наткнулась на документы, в которых говорится, что Гавриил Балушкин под руководством скульптора Александра Теребенева реставрировал пьедесталы в Эрмитаже. И я стала заказывать все подряд дела по реставрации. Думаю, ну, может, что‑то где‑то попадётся. И вдруг в одном месте мне, действительно, попадается запись, в которой Теребенев просит выдать деньги его доверенному Гавриилу Балушкину, крестьянину Сольвычегодского уезда. Эта запись для меня сразу же стала маячком. После этого я начала смотреть удалённо ревизские сказки в Государственном архиве Архангельской области. В итоге я нашла Гавриила Афанасьевича Балушкина из деревни Балушкины или Гришановской, ныне Котласского округа.
– И эти сведения стали доказательством того, что и этот каменотёс – из Архангельской области?
– И всё же у меня не было уверенности на сто процентов, что это тот самый Гавриил Балушкин – год рождения не совпадал. И я отправила запрос в Государственный архив Вологодской области, чтобы они мне дали выписку из метрики. А в это время продолжала смотреть дела в Российском государственном историческом архиве. Думала, думала, за что ещё зацепиться. И вспомнила – у него же сын родился в 1852 году! И стала смотреть метрические книги Петербурга за 1852 год. Но, сами понимаете, церквей очень много. И всё же мне в итоге повезло, и я наткнулась на запись о рождении сына Михаила у крестьянина деревни Гришановской Гавриила Балушкина и его жены. А две недели назад пришёл ответ на мой запрос из Вологды, который развеял все сомнения: Гавриил Балушкин родился в Сольвычегодском уезде.
– Исследование жизни и деятельности Гавриила Балушкина связано с вашим исследованием деятельности Самсона Суханова?
– Ещё в процессе написания книги о Самсоне Суханове мне говорили, что в истории создания облика Санкт-Петербурга совсем не исследована роль каменотёсов. А ведь вышли прекрасные энциклопедии, посвящённые архитекторам, работавшим в Санкт-Петербурге в XVIII и XIX веках. И у меня появилась идея заняться каменотёсами, но начать с Самсона Суханова. А затем написать о Гаврииле Балушкине, который делал другие знаковые объекты в нашем городе.
Традиция: ездить в столицу в отход
– Впоследствии оказалось, что Гавриил Балушкин родом из Сольвычегодского уезда, как и Самсон Суханов. Совпадение? Или Самсон Суханов приобщил земляка к работам в столице?
– Нет, не приобщил. Более того, полагаю, что они даже не были знакомы. У них значительная разница в возрасте: Балушкин родился в 1820 году, а Суханов умер в 1844 году. Они работали в разное время и на разных объектах. Балушкин начинал работать на Зимнем дворце, а Суханов там вовсе не работал.
Но в то время существовала традиция ездить в столицу, в отход. Многие крестьяне из северных губерний стремились туда, чтобы хорошо заработать. Самсона Суханова пригласил поехать в Санкт-Петербург его шурин Григорий Мартемьянович Копылов. И не только его – вместе с Сухановым работали каменотёсы Правдины, Поповы, Тропины, Копыловы, одно время в паре с Самсоном Сухановым работал Иван Балакшин, тоже известный мастер. Перед интервью запросила в Красноборском музее, с которым мы давно дружим, полный список земляков Самсона Суханова, работавших на строительстве Санкт-Петербурга, составленный Зашихиным. В нём указан 301 человек.
А на рубеже веков шли великие стройки – реконструкция Нижнего парка в Петергофе по повелению Павла I, потом в 1801 году началось строительство Казанского собора. И Суханов, и Копылов туда пришли в 1803 году. Затем они ездили на родину, нанимали артели для дальнейшей работы. И каждый год с работниками заключали новые договоры.
А Балушкин работал уже в середине XIX века, в частности, на Исаакиевском соборе. Но и он в Санкт-Петербург попал таким же путём – через земляков, которые там уже работали.
Это точно люди создавали?
– Существуют списки творений, которые, как считают современники, не мог создать человек при том уровне техники и возможностей во времена, когда они появились. В этом списке и работы каменотёсов, которые создавали шедевры из камня в Санкт-Петербурге в XIX веке. Как вы относитесь к этим теориям?
– Работы каменотёсов, действительно, фантастические. И всё же их создали люди, имена многих восстановлены, но ещё предстоит и многие восстановить. Мы с коллегой уже работаем над следующей книгой, в которой как раз расскажем о Гаврииле Балушкине. А вообще, намерены выпустить серию книг, которая будет называться «Знаменитые каменотёсы Санкт-Петербурга XIX века». В третьей книге расскажем про мастеров родом из Санкт-Петербурга и Санкт-Петербургской губернии. В ней речь пойдёт о рубеже XIX–XX веков. Таким образом постараемся восстановить историческую справедливость по отношению к этим мастерам и охватить весь XIX век.
– Все эти люди не имели специального образования, а Самсон Суханов и Гавриил Балушкин и вовсе приехали из северной глубинки. При этом занимались очень ответственным делом, каким является работа с камнем. В такой работе всё может испортить одно неверное движение. Они где‑то учились мастерству каменотёса?
– В книге я подробно рассказываю, как начинал работать Самсон Суханов вместе с Григорием Копыловым на строительстве Михайловского замка. Там он осваивал работу с камнем, потом уже в Петергофе они вырубали львов. А Балушкин поступил в мастерскую скульптора Александра Теребенева, где работало 150 человек. Сначала он был рядовым рабочим, но очень быст—ро стал осваивать каменотёсное дело, и, как он пишет в своих воспоминаниях, Теребенев в скором времени его поставил десятником. А потом он стал правой рукой и доверенным лицом Теребенева,
– В то время существовали какие‑то заводские станки в помощь каменотёсам или же они всё делали вручную?
– Суханов работал в первой трети XIX века, тогда были очень простые технологии – к примеру, на заводе могли из нетвёрдого податливого мрамора выпилить небольшие плиты, которыми укладывались полы. Но и здесь объём ручной работы был очень большой – эти плиты надо было распиливать, укладывать, подгоняя по форме и размеру.
Когда уже работал Балушкин, на заводах выполняли более сложные работы – появились станки для распиловки и полировки твёрдых камней. И всё же скульптуры высекались только вручную. Да и в других работах всё равно преобладал ручной труд.
– Судя по вашим исследованиям, каменотёсы – известные и неизвестные, создавшие Санкт-Петербург, были родом из южной части нашей области. А есть ли сведения о том, что на такие работы ездили жители области из других мест?
– Думаю, что, когда строили Петербург при Петре Первом, скорее всего, он набирал работников в самом Архангельске, поскольку он там бывал и хорошо его знал. Тогда указом Петра каменное строительство было запрещено по всей России, кроме столицы. И многие мастера, которые работали с камнем, ехали туда. Среди них могли быть и жители Архангельска.
– Возможно, со временем займётесь и этой темой?
– Тема очень интересная, но для этого надо будет ехать в Архангельск, работать в областном архиве, пока такой возможности нет, но, надеюсь, со временем появится.
– В Год культуры Русского Севера вы преподнесли Архангельской области замечательный подарок – теперь мы знаем, что ещё один легендарный каменотёс Санкт-Петербурга имеет северные корни.
– Мы с коллегой тоже рады этому открытию и сейчас продолжаем работать, чтобы оставалось как можно меньше неизвестных имён среди тех, кто своими руками создавал облик Северной столицы. Теперь нам точно известно, что выходцы из Архангельской области сделали очень много каменных шедевров, благодаря которым Санкт-Петербург обрёл свой узнаваемый во всём мире, неповторимый облик.
Беседовала Светлана ЛОЙЧЕНКО
