Улицы Архангельска: Мыс Пур-Наволок

Местом заложения был мыс Пур-Наволок («Ветреный берег»). Так исторически называется пологий бугор на набережной Северной Двины в центре Архангельска — между улицами Карла Либкнехта и Воскресенской.

Спустя 150 лет Иван Грозный (1530 — 1584), известный своей градостроительной деятельностью, в марте 1583 года издал указ, предписывавший теперь уже московским воеводам Петру Афанасьевичу Нащокину и Никифору Залешанину-Волохову в кратчайший срок возвести вокруг монастыря крепость. «Город делать на том месте и по той мере, по росписи и чертежу, каковые есть роспись и чертёж к вам присланы», — распорядился он.

Поводом к строительству крепости послужила неудача России в Ливонской войне (1558-1583), когда Иван Грозный, стремившийся расширить выход России к незамерзающему Балтийскому морю, проиграл войну. Тогда он решил, что закрепится хотя бы на севере, тем более что при Михайло-Архангельском монастыре в дельте Северной Двины, пусть и сезонный, порт уже существовал.

С посещения Московии в 1553 году английским мореплавателем и исследователем Ричардом Ченслером (1521 — 1556) между Англией и Московией установились прочные торговые и политические связи. Вообще‑то деятельность Ченслера достойна того, чтобы одна из улиц Архангельска называлась его именем.

Московские воеводы спешно, одним годом, «огородили» монастырь крепостной стеной. Это был типичный по тем временам острог с башнями, воротами и рвом по трём сторонам. Нынешние спуски к реке на Воскресенской и Карла Либкнехта — следы того рва.

Спустя два года после возведения крепости, в 1586 году, напротив мыса Пур-Наволок встал на якорь французский корабль под командованием Жана Соважа, прибывший из нормандского Дьепа.

В Национальной библиотеке Франции сохранились собственноручные записи Соважа о пребывании в Архангельске: «К городу Святого Михаила-Архангела мы прибыли 26 июня, и наши купцы сошли на землю, чтобы побеседовать с губернатором и доложиться, как это принято всегда. Он приветст­вовал нас и спросил, откуда мы прибыли. И когда узнал, что мы французы, то весьма обрадовался и сказал его переводчику, что мы желанные гости. Потом он взял большой серебрёный кубок и велел его наполнить. Его надо было осушить. И вновь наполнил, и снова надо было осушить. И в третий раз наполнил, снова надо было осушить. Выпив по три больших куба, я думал, что на этом кончено, но худее было впереди: надо было ещё выпить чарку водки, столь крепкой, что живот и горло просто горели. Когда и эта чарка была выпита, поговорив немного, нужно было выпить за здоровье нашего короля, от чего мы не смели никак отказаться — такой обычай в этой стране — пить много.

Когда выгружали свой товар, приехали купцы из Московии. Они привезли сало, воск, лён, пеньку и толстую лосиную кожу. Внутри большой бревенчатой перегородки было восемьдесят или сто домов».

Описывая крепость, любопытствующий Соваж восхищённо отмечает, что «замок сделан из массивных переплетённых брёвен, поверьте, они так хорошо строят из этих брёвен, без гвоздей и штифтов, что это совершенно безупречная работа, к которой нельзя придраться. Они работают одним топором и не используют ничего, кроме топора. Но не найдётся каменщик, который мог бы соорудить что‑либо более достойное восхищения».

Эта реплика Соважа для нас ценна тем, что даёт хотя бы некоторое представление о крепости, возведённой по указу Ивана Грозного. Она просуществовала до 1670 года, когда сгорела вместе с монастырскими строениями при большом пожаре.

В начале нынешнего века на мысе Пур-Наволок заново воссоздана беседка-бельведер, которая здесь была в начале XX века. Её прозвали «беседкой Грина» — по имени автора романтической повести «Алые паруса» Александра Грина (1880 — 1932), который полтора года провёл в ссылке в Архангельской губернии. В том числе он жил на Кегострове. Сам писатель считал свою ссылку «одной из интереснейших страниц своей жизни».

С беседки открывался панорамный вид на природно-историческую ситуацию, в которой был заложен монастырь и строилась крепость. По средневековым воззрениям, это должно было быть возвышенное место на повороте реки, что важно с точки зрения обороны. С беседки и сегодня хорошо просматривается заречная даль.

В годы Великой Отечественной войны на Пур-Наволоке был построен железобетонный бункер, который в заброшенном состоянии есть и сегодня. Перед его строительством, конечно же, не проводилось теперь обязательное предварительное археологическое обследование территории. Так что земля Пур-Наволока наверняка хранит в себе немалое количест­во артефактов для будущих исследователей.