18.02.2024 16:00

Не ври мне: почему дети обманывают?

Как родителю реагировать на ложь ребёнка и что такое «плохая» тайна — расскажет психолог
Фото: фотобанк Лори

Разбираемся в проблеме вместе с архангельским психологом, директором АНО поддержки инициатив в области семьи, материнства, отцовства и детства «Новый взгляд» Ольгой Яреньгиной.

«На мелкие кусочки»

В рубрику «Воспитание с пониманием» пришло письмо от читательницы: «Дочка в первом классе. Столкнулись с тем, что она стала обманывать. Раньше такого не было. Связано это всегда с какими‑то событиями в школе. Например, на днях рассказала историю, что её толкнула одноклассница и она „упала с лестницы“. Синяков, повреждений не было. Но я, конечно, побежала в школу. Стали разбираться, и оказалось, что девочка, про которую она говорила, действительно задела её плечом. Нечаянно, когда пробегала мимо на перемене. Но с лестницы дочка не падала. Она не падала вообще.

Были и другие „правдивые“ истории. Например, о том, как она поссорилась с подружкой и та порвала её альбом „на мелкие кусочки“. Но буквально на следующий день, когда дочка была в школе, я прибирала в её шкафу и нашла тот альбом совершенно целый. Почему дочка обманывает? Как объяснить, что обманывать нельзя?»

Елена, Архангельск

— Первый класс — особый период в жизни ребёнка, который сопровождается психологическим кризисом семи лет, — поясняет Ольга Яреньгина. — Но меняется не только психика ребёнка, происходит смена социальной ситуации развития. До этого у малыша было беззаботное дошкольное детство, связанное с играми. За ним осуществляли постоянный присмотр — родители, воспитатели детского сада всегда так или иначе были рядом. Теперь — новая страница. Пришла пора идти в школу. И учебная деятельность — это уже не игра.

С одной стороны, ребёнок обретает большую самостоятельность. Но меняется весь «ритуал» его жизни. Появляется новый взрослый — учитель, требования которого необходимо выполнять. И если в детском саду занятие длилось максимум двадцать минут, то в школе тридцать пять, сорок минут приходится не просто сидеть статично за партой, а ещё и осваивать новые знания.

«Учёба — твоя ответственность…»

В первом классе, как правило, не ставятся отметки, но постоянно делаются оценочные высказывания — что‑то получается у ребёнка, а что‑то нет. Информационная нагрузка, новые коммуникации, социальные связи — испытание непростое. Плюс домашние задания, которые хоть и носят рекомендательный характер, но процесс обучения невозможен без многократных повторений — закреплять дома знания, полученные в школе, важно. А если первоклассник посещает ещё и несколько кружков — перегрузка обеспечена.

Но родители зачастую перегрузку не чувствуют. Более того, снимают с себя обязательства: «Ты теперь самостоятельный. Учёба — твоя ответственность…» Считают, раз пошёл в школу — вырос. А первоклассник — это в первую очередь ребёнок, который также нуждается в родительской любви, сочувствии. И особенно в поддержке, потому что у него, повторюсь, кризис.

Родительского внимания недостаточно? Ребёнок будет пытаться внимание заполучить так, как умеет. Критическое мышление ещё отсутствует, но семилетняя дочка понимает, что если рассказать маме: «Я столкнулась в школе с одноклассницей» — желаемую реакцию это вряд ли вызовет. А вот если совсем «немножко» дофантазировать: «Меня толкнули, и я упала», то мама наверняка обратит внимание. Потому что раньше, когда я падала, гуляя с мамой, она меня всегда обнимала и жалела — я получала внимание. В данном случае дочка, скорее всего, использует механизмы, которые она усвоила раньше.

В семь лет у детей начинает формироваться абстрактное мышление, появляются первые навыки социализации, развивается чувственная сфера. Другими словами, дети встречаются с новыми вызовами, но как реагировать — до конца ещё не понимают.

«Обними меня!»

Родительская позиция — сохранять спокойствие, терпимость к ребёнку. Почему дочка преувеличивает? Можно спросить напрямую: «Чем я могу тебе помочь? Отчего ты устаёшь? Что тебя расстраивает, раздражает?»

Учите ребёнка ощущать свои потребности, эмоциональные состояния. Та же история с альбомом, который порвали «на мелкие кусочки». Да, возможно, эта история придумана ребёнком, но почему‑то дочка её озвучивает. Для чего? Обсудите, что она почувствовала, когда это произошло. «Мне стало обидно». А когда тебе обидно, что ты хочешь? «Чтобы меня пожалели». А как я могу тебя пожалеть? «Обними меня!» Иногда именно таким завуалированным способом ребёнок просит о помощи. Другими инструментами он пока не владеет. Ему всего семь лет.

Обязательно обсуждайте и проигрывайте с детьми проблемные ситуации, которыми они делятся. Даже если это звучит не слишком правдоподобно или ребёнок говорит как бы «не о себе». Помогите найти выход, напишите совместный сценарий.

Ошибка многих — мы начинаем сразу уличать ребёнка во лжи: «Не ври мне! Я знаю, ты всё выдумала!» Чего мы этим добьёмся? Первое — отстранимся от ребёнка. Он поймёт, что поддержки от нас точно не получить. И второе — продемонстрируем: «Ты недостаточно хорош». Ребёнок ведь не считывает контекст. Если мама говорит на эмоциях: «Я не люблю, когда мне врут!» — он слышит: «Я не люблю тебя!»

«Разочарование, обида…»

Но как тогда объяснить, что обманывать нехорошо? У семилетних детей мифическое мышление — гораздо легче рассуждать на примере абстрактных героев, примеряя это на себя. Расскажите ребёнку сказку про пастушка-обманщика и волков. Проанализируйте сказку вместе. Детям доступен и собственный опыт. Можно, например, спросить дочку о том, что она чувствовала, когда сталкивалась с обманом. «Маша обещала угостить тебя конфетой, а потом оказалось, что конфеты у неё нет». Поинтересуйтесь, что бы она испытала, если бы вы не сдерживали свои обещания. Допустим, пообещали пойти вместе в кино и передумали. «Разочарование, обида» — назовите чувства, эмоции. Пусть ребёнок самостоятельно придёт к тому, что неоправданные надежды, невыполненные обещания рождают большие разочарования.

Не проводите параллели, вспоминая, как ребёнок обманывал сам, но скажите о том, что для вас важно: «Я хочу, чтобы мы доверяли друг другу, чтобы в наших отношениях было максимум честности». Берите ответственность и на себя — будьте честны с ребёнком.

Но в то же время требовать от кого‑то стопроцентной честности — утопия. Идеальных людей не существует. Мы все защищаем своё «эго» — нам важно, чтобы окружающие думали о нас чуть лучше, чем мы есть. И, например, когда опаздываем на работу, то, скорее, придумаем объяснение, что застряли в «пробке», чем признаемся, что забыли завести будильник и просто проспали.

Право на тайну

Не ругайте ребёнка за попытку обмана, но покажите, что испытываете разочарование: «Я расстроилась. Я бы хотела, чтобы это больше не повторялось». Не навешивайте ярлык «врун». Детский мозг ещё только формируется. И если постоянно называть ребёнка «вруном», у него пропадает стимул активно меняться: «Вы меня видите таким? Я таким и буду!»

Есть и другой момент. Дети боятся не только наказаний. Они боятся огорчить родителей. И ребёнок может искренне переживать, что правдивая информация, которую он выложит, причинит маме боль. Объясните, что вас, возможно, расстроит его «двойка», но вы готовы присоединиться к нему в этой трудности, чтобы помочь решить проблему здесь и сейчас. Не накапливать трудности, не ждать, образно говоря, когда все нитки запутаются в узлы — покажите путь для решения проблемы.

Иногда детям сложно отличить ложь от тайны. Расскажите ребёнку, что тайны имеются у каждого из нас, но бывают тайны хорошие, например, держать в секрете сюрприз до дня рождения. А есть плохие — тебе кто‑то причинил вред, а ты об этом никому не рассказываешь. Плохие тайны живут нашими страхами, обидами. И прятать их в себе — это всё равно, что тащить полное ведро воды в гору. Если я несу одна — тяжело. А если мы вместе — в два раза легче. Ребёнку важно чувствовать, что вы принимаете его любым. И знать, что если он поделится своими переживаниями — вы не оттолкнёте, не отвернётесь, а присоединитесь к нему, чтобы помочь.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.
Наталья ПАРАХНЕВИЧ