Опрос, в котором приняли участие больше четырёхсот северян — люди, имеющие инвалидность, родственники инвалидов, родители особых детей, — проводился по заданию регионального министерства труда, занятости и социального развития.
«Один психолог на весь санаторий!»
Итоги
исследования подвели 1 декабря — в день
старта декады инвалидов. На сайте союза
можно ознакомиться с результатами. Но,
как пояснили исследователи, опрос не
закрыт — отклики по‑прежнему
принимаются.
Анкета
объёмная, содержит много так называемых
открытых вопросов, предлагающих
респондентам выразить собственное
мнение.
– Именно
возможность высказаться, обозначить
свою потребность больше всего и
понравилась людям, — говорит Елена
Шинкарёва, председатель Союза общественных
объединений инвалидов. — Северяне
отвечали подробно, детально. В итоге мы
получили важнейшую информацию. К
сожалению, пока не увидели ответов от
жителей Вилегодского, Устьянского,
Лешуконского районов, но надеемся, они
ещё присоединятся к анкетированию.
По словам
председателя союза, подобное масштабное
исследование в Архангельской области,
где проживают 82 тысячи инвалидов, около
5 тысяч детей с инвалидностью, проводилось
впервые.
Согласно
полученным данным, большинство
респондентов (64,7 процента) качеством
реабилитационных услуг оказались
удовлетворены. Примерно пятая часть
опрошенных указала, что к качеству «есть
замечания». Значительная доля участников
(16,3 процента) оценила качество услуг
неудовлетворительно.
Среди
проблемных моментов северяне назвали
длительный период ожидания реабилитационных
мероприятий. Почти 10 процентов опрошенных
отметили, что их не устраивает режим
работы организаций, предоставляющих
услуги.
Часть
респондентов выбрала в ответах вариант
«другое», указав на трудности, связанные
с доступностью территории, транспорта,
нехваткой специалистов. Но встречались
и очень эмоциональные ответы: «Нас не
хотят видеть на реабилитации, воспринимают
как ненужную мебель, которой лучше
пылиться дома». «Нет услуг по социализации
ребёнка к жизни». «Нет бесплатного
массажиста и инструктора ЛФК». «Один
психолог на весь санаторий! За три недели
нахождения всего два занятия — пользы
никакой. Хотя именно психологическая
помощь необходима».
В отчёте
исследователей отмечается, что около
половины опрошенных испытывали трудности
при получении самих услуг, а десятая
часть заявила, что реабилитации для них
«нет совсем».
«Выпавшие» из системы
На открытый
вопрос, что необходимо сделать для
улучшения качества реабилитационных
мероприятий, исследователи получили
полторы сотни предложений. Среди них —
обучение специалистов новым методам
работы, расширение программ реабилитации.
Оценивая
потребность в ранней помощи, на эти
вопросы в основном отвечали родители
детей-инвалидов, исследователи отметили,
что большинство респондентов полученными
услугами также удовлетворены, но,
например, 97 человек из 247 указали, что
ранней помощи не получали вообще либо
«не знают, что это такое».
Информационно
не подготовленными участники опроса
оказались и к выражению мнения по поводу
сопровождаемого проживания. Это новшество
для Архангельской области — услуга
пока не предоставляется в системе
государственных учреждений. И многие
хотя и проявили интерес, но не имеют
представления, как сопровождаемое
проживание должно быть организовано.
Вторая часть исследования включала в себя экспертные интервью. Были приглашены восемь экспертов, руководителей НКО, представляющих интересы определённых групп людей с инвалидностью.
– И вот тут,
в ходе опроса, выяснилось, что у нас есть
группы, «выпавшие» из системы
реабилитационной помощи, — констатирует
Елена Шинкарева. — Они словно растворились,
их потребности широко не известны. И,
наверное, это одна из главных целей,
ради которой и проводилось исследование
— увидеть тех, кто остался «за бортом».
А там, по
словам Елены Шинкаревой, оказались,
например, слабослышащие, которые не
владеют жестовым языком.
– Они и
хотели бы общаться, но не могут получить
в отделениях ВОГ социальную реабилитацию,
так как там работают на жестовом языке,
— поясняет Елена Шинкарева. — Коммуникация
не выстраивается.
Необходима
помощь и с подбором слуховых аппаратов,
психологическая поддержка, консультирование,
чтобы слабослышащие не замыкались в
себе. И на это тоже нужны ресурсы.
НКО — в помощь
Почти все
эксперты подчеркнули важную роль НКО
при оказании реабилитационных услуг.
– НКО берут
на себя очень большую часть нагрузки
по предоставлению социальной реабилитации,
— поясняет Елена Шинкарева, — но,
например, в сфере оказания ранней помощи
НКО у нас практически не представлены,
а имеющихся у государства ресурсов
недостаточно для охвата всех нуждающихся.
По её словам,
исследование также показало, что одной
из самых болезненных остаётся проблема
доступности реабилитационных услуг.
– Есть много
примеров, когда-либо недоступны сами
учреждения, где услуги оказываются,
либо до них «не дойти» — не выбраться
из собственного дома, — говорит Елена
Шинкарева. — Есть примеры, когда в
абилитации отказывают людям, имеющим
паллиативный статус: «Форма
санаторно-курортная противопоказана».
Одна из
экспертов привела такой пример: мама
из отдалённого района возит ребёнка на
реабилитацию в Архангельск. Ребёнок с
множественными нарушениями здоровья,
сам не сидит. Мало того, что по времени
путешествие выматывающее. Надо ещё
найти, самой оплатить транспорт, а так
как ребёнок лежачий — выкупить сразу
несколько мест в микроавтобусе. Десять
тысяч рублей в одну сторону и десять
тысяч — обратно.
А для инвалидов по зрению ближайшая и единственная реабилитация — в Подмосковье.
— В
Волоколамске предоставляют специфические
услуги, которых в нашем регионе просто
нет, — поясняет председатель союза. —
Услуги в Волоколамске предоставляются
бесплатно, но проезд инвалид вынужден
оплачивать сам.
Индивидуальный подход
По словам
Елены Шинкаревой, подобные «маленькие
дырочки» в большой реабилитационной
системе, как показало исследование,
встречаются нередко.
– Одна из
главных рекомендаций — при формировании
системы реабилитационных услуг учитывать
потребности всех благополучателей,
потому что потребности у всех групп
разные, — констатирует она. — Но
реабилитация у нас до сих пор не
индивидуализирована. Идёт от возможностей
системы. Например, есть возможность
обеспечить работу отделения
восстановительного лечения. Замечательно!
Но некоторым до этого отделения просто
физически не доехать. Организовали
работу КЦСО — приходите к нам! А если я
прийти не могу? Значит, и не получу
реабилитацию…
В союзе
уверены: систему помощи необходимо
перестраивать с акцентом на индивидуальные
потребности человека с инвалидностью.
– Простой
пример: неудобный режим работы организаций,
который многие отметили — почему бы не
сделать работу в выходные и праздники
гибкой? Некоторые инвалиды говорили о
том, что «остаются голодными» на длинных
выходных — к ним не приходит соцработник,
— поясняет Елена Шинкарева.
Среди других
предложений — изучить возможность
формирования службы координаторов в
социальной сфере, в организации
индивидуальной работы с семьёй.
– Сейчас в
фонде «Защитники Отечества» создана
служба социальных координаторов, —
отмечает Елена Шинкарева. — Надеемся,
позитивную практику примет на вооружение
региональный минтруд и для оказания
реабилитационных услуг всем нуждающимся.
Потому что, как показывает опыт, люди,
оказавшиеся в тяжёлой ситуации, не
всегда полностью осознают свои
потребности, в том числе и потребность
в реабилитации, психологической
поддержке.
Фото из архива регионального союза общественных объединений инвалидов