Артемиево-Веркольский монастырь — 30 лет после возрождения

25 декабря 1991 года Священный синод Русской православной церкви принял решение об открытии Артемиево-Веркольского мужского монастыря
Фото автора

Однако история обители насчитывает почти четыре века. Ещё больше времени прошло со дня рождения мальчика Артемия, в честь которого названа эта обитель.

Он родился в 1532 году. А спустя 12 лет, 6 июля 1544 года, во время грозы от страшного удара грома душа Артемия отошла в небесные обители. По существовавшему в то время обычаю людей, погибших таким образом, нельзя было не только хоронить на православном кладбище, но даже предавать земле.

В трёх километрах от места трагедии отец сделал в лесу небольшой деревянный срубец, положил туда тело сына, прикрыл его берестой и ветками. Так оно пролежало 33 года.

5 августа 1577 года дьячок Агафоник увидел в лесу необычное сияние, которое исходило от лежащего на земле мальчика. Тело Артемия оказалось совершенно целым и невредимым. Несмотря на то что оно столько лет находилось под открытым небом, его не тронули дикие звери, не повредили морозы, дожди и солнце. Казалось, что отрок спит. Его тело положили на паперти церкви святителя Николая. По молитвам к Артемию стало происходить множество исцелений и других чудес, поэтому в 1619 году он был причислен к лику святых.

Двинской округой, куда входила и деревня Веркола, управляли кеврольские и мезенские воеводы, которых присылали из Москвы. В 1644 году в Кевролу приехал воевода Афанасий Пашков с женой Фёклой и сыном Еремеем. Мальчик тяжело заболел, лишился голоса и слуха, дни его были сочтены. Афанасий Пашков стал молиться о выздоровлении сына. Когда отрок почувствовал себя лучше, они с отцом поехали в Верколу, где для них в храме отслужили молебен Артемию. Еремея приложили к иконе чудотворца и его раке. После этого сын воеводы быстро поправился.

Воевода Пашков на месте обретения мощей угодника Божия Артемия в 1645 году построил церковь во имя святого великомученика Артемия, несколько келий для иноков и ограду. Так началась история Артемиево-Веркольского монастыря.

Разные времена пережила обитель: и годы запустения, и годы расцвета. В конце ХIХ века она стала первоклассной.

После закрытия монастыря в 1919 году в её зданиях размещались коммуна, детский дом, интернат для инвалидов, школа, интернат для детей с отклонением в развитии…

Возрождение Веркольской обители началось по инициативе Людмилы Владимировны Крутиковой-Абрамовой. Она очень много сделала для монастыря и говорила, что считает это одним из самых главных дел своей жизни.

В 1990 году сюда приехал первый священник отец Иоанн Василикив. Впоследствии он принял монашеский постриг с именем Иоасаф и стал наместником. Спустя месяц отец Иоанн отслужил в Артемиевском храме первую литургию. Так снова началась в стенах Веркольский обители церковная жизнь. О том, как это происходило, рассказывают те, кто участвовал в её возрождении.

Иеромонах Рафаил (Бурмистров): «Без помощи друг другу жить здесь нельзя»

18-летний Сергей Бурмистров приехал в Веркольский монастырь из Ярославля в 1993 году.

– О монастырях, которые были до революции, я читал в книгах, что там стояли величественные храмы и подвизалось много насельников. Здесь мы увидели полуразрушенные корпуса и церкви и человек десять трудников, — вспоминает он. — Но уезжать мне отсюда не захотелось. Нам стали давать очень много послушаний. Первым делом покрасили иконостас в Артемиевском храме. Стали в лесу заготовлять дрова, вывозили их, пилили и кололи. Стал алтарничать. Топил в Артемиевской церкви огромную печь. Поставили меня поваром на трапезу. Продуктов не хватало. Картошку варили только по праздникам. Коров тогда ещё не завели, поэтому молоко пили очень редко. Но, несмотря на эти трудности, была такая ревность, можно даже сказать — подвиги, что я о том времени только со вздохом вспоминаю.

Спустя четыре месяца наместник дал молодому насельнику послушание намного труднее предыдущих. Сергей поселился в Москве у добрых людей в коммунальной квартире в центре столицы. Отец Иоасаф благословил его собирать пожертвования для монастыря. В основном пришлось ходить по рынкам и просить: «Подайте на святую обитель». На груди висела большая коробка с изображением праведного отрока Артемия и святителя Николая Чудотворца. Многие относились равнодушно, неприязненно, могли и оскорбить, так что молодой человек испытывал каждый день немалый стресс, но ему очень помогала молитва, с которой он постоянно обращался к святому Артемию. Денег подавали немного, однако на них всё‑таки удалось купить хорошее напрестольное Евангелие и духовные книги.

В октябре он вернулся в монастырь, и в этом же месяце ему дали подрясник. В то время Сергей нёс послушание уставщика, пёк хлеб и просфоры.

Спустя месяц, 11 декабря 1993 года, молодой послушник принял иноческий постриг. А 25 августа 1994 года его постригли в мантию с именем Рафаил — именно так звали первого настоятеля Веркольского монастыря в XVII веке.

20 февраля 2000 года владыка Тихон рукоположил отца Рафаила в сан иеродиакона, а 18 марта 2001 года — в сан иеромонаха.

Пять лет отец Рафаил нёс послушание на монастырском подворье в районном центре Пинежского района — Карпогорах. Местные жители очень любили молодого монаха, а он учился у них открытости, доброте и радушию, присущим северянам. Бабушки приносили ему пироги, ягоды, грибы, рыбу, старались повкуснее накормить. Отец Рафаил отвечал им взаимной любовью и душевным теплом, навещал стареньких бабушек у них дома.

Сейчас у него два основных послушания — приём паломников и переписка с теми, кто обращается в монастырь, ища духовной помощи, совета и поддержки.

– Когда другим помогаешь, и тебе польза. Иногда не знаешь, что человеку ответить, но помолишься Господу, и Он обязательно подскажет тебе нужные слова, — говорит отец Рафаил. — В монастыре я научился надеяться не на себя, а на Бога. Понял, что без смирения, терпения, покаяния и снисхождения к немощам других людей невозможно чего‑нибудь достичь и спастись. Без помощи друг другу жить здесь нельзя, и для меня очень важны слова: «Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов».

Иеродиакон Лазарь (Ташходжаев): «Здесь всё по‑особому»

Владимир Ташходжаев вырос в Таджикистане, недалеко от Душанбе. Там же он окончил школу и факультет биологии Таджикского университета. После окончания университета Владимир работал в отделе охраны окружающей среды и природных ресурсов Таджикской академии наук. В 2000 году он приехал в Артемиево-Веркольский монастырь.

– Мне всё очень понравилось — и обитель, и люди, и природа, — вспоминает о своих первых впечатлениях отец Лазарь. — Здесь всё по‑особому. Если бы я раньше знал, что на Севере так хорошо, то давно переехал бы сюда жить. Меня очень удивляло, что в октябре уже лежал снег, который так и не растаял до весны.

Несмотря на то что у Владимира было высшее образование, он пять лет смиренно нёс в монастыре различные послушания — мыл посуду в тазиках, убирал на скотном дворе, заготовлял дрова в лесу, пас коров. Отец Лазарь говорит, что послушания, не отвлекающие на общение с другими людьми, позволяли ему сосредоточиться на молитве.

Немало интересного рассказал отец Лазарь о его первых годах в монастыре:

– Мы жили в кельях по шесть-восемь человек. Связи с внешним миром почти никакой не было, один стационарный телефон на всех, да и тот плохо работал. Мы много читали. В то время стали выпускать хорошие духовные книги, и все радовались каждой новинке. Несмотря на то что в кельях было много людей, жили дружно. Ездили в лес заготовлять дрова. Нам выделяли делянку. Мы сами валили деревья, обрубали сучья, трактором вывозили хлысты в монастырь, здесь их пилили и кололи. Печки старые, дрова сырые. И зимы стояли более суровые, морозы доходили до 45–50 градусов. Но эти бытовые трудности никого не смущали, главное, что каждый день совершались службы в храме. Тем, кто хочет молиться и спасаться, такая возможность в нашем монастыре всегда была и есть.

В 2005 году Владимир принял монашеский постриг, и его нарекли в честь Лазаря Четырехдневного. А через год рукоположили в сан иеродиакона. На вопрос о том, что главное для него в монастыре, отец Лазарь ответил:

– Сила благодати, продолжающая жить в этой обители. Духовная радость, которая приходит к человеку через преодоление трудностей. Укрепление в вере и возможность изменить свою жизнь в лучшую сторону молитвами праведного отрока Артемия.

Иосиф (Волков), наместник монастыря, архимандрит: «Молитвенный труд приносит большую радость»

– Когда мы с отцом Варнавой (Лосевым) в 1998 году приехали в Веркольский монастырь, то встретили здесь лишь монаха Рафаила, инока Владимира и трёх послушников. Отца Варнаву и меня вскоре рукоположили в иеромонахов. Монастырь возглавил игумен Варнава (Пермяков). Жили все очень дружно, сразу же установилось единодушие всей братии, — вспоминает о времени возрождения монастыря отец Иосиф. — С этого времени в монастыре каждый день стал совершаться полный круг богослужений. Вставали в три часа ночи. Полчетвёртого начиналась служба. После вечерней трапезы снова служба и чин прощения. Года три так подвизались. Но потом, по состоянию здоровья насельников, службу пришлось частично изменить, хотя полный круг богослужения совершается ежедневно. Спустя два года владыка Тихон назначил меня наместником. Сейчас в монастыре около 40, а порой доходит и до 70 насельников.

Разные люди приезжают в обитель. Год-два поживут, потом определяются, какой путь избрать. Есть трудники, которым просто некуда деться. Иногда для человека монастырь — это спасительная пристань, где он старается справиться со своими страстями. Поживёт какое‑то время, кто год, кто пять, и решает, что жизнь наладилась. Покидает монастырь, заводит семью и больше не возвращается к старым грехам. К сожалению, есть и такие, кто в миру срывается. Некоторые снова к нам возвращаются, однако случаются и трагические случаи, заканчивающиеся гибелью человека.

Приезжают в нашу обитель и те, кто хочет со временем принять постриг и послужить Богу в иноческом чине. Какое у человека может быть в монастыре утешение? Только молитва. Если он будет заставлять себя молиться, то со временем этот тяжёлый труд станет приносить ему большую радость.

Отроковицу Ксению спасали три Артемия

По молитвам к праведному Артемию и до сих пор происходит много чудес. Одно из них случилось минувшим летом.

Река Пинега очень коварна. С мелководья можно попасть в застругу, и тут до беды недалеко. Заструга по‑местному — глубокое место, которое может протянуться даже метров на 30.

Две двоюродные сестры Ксения и Аня решили искупаться на мелководье недалеко от деревни Верколы. Мама Ани Елена за девочек не беспокоилась, ведь немаленькие уже, да и от жарких дней река совсем обмелела, поэтому она на берег спускаться не стала, а осталась на угоре.

Внезапно девочки попали в глубокую застругу. Аня смогла из неё выбраться, а Ксении это не удалось, и она, когда перестала доставать ногами до дна, очень испугалась и стала громко кричать — звать на помощь.

В это время семья паломников-москвичей — Артемий Глебов, его мама Елена, жена Любовь и пятеро детишек — пришла на монастырский берег Пинеги и тут услышала истошный крик о помощи. Артемий бросился к лодке, а Елена стала взывать к праведному отроку Артемию: «Артемий! Веркольский чудотворец! Помоги! Спаси!»

Её сын первый раз в жизни пытался завести лодочный мотор, никогда раньше этого делать ему не приходилось, но ничего не получалось. Наконец лодка пошла.

На монастырском берегу крик услышал ещё один паломник, тоже Артемий, только из Братска Иркутской области, который находился с другой стороны от звавшей на помощь девочки. Он занимается спортом, да и рост у него под два метра, поэтому, пока Артемий Глебов пытался завести мотор, Артемий Несмеянов уже, то шагая по дну, то вплавь, добрался до Ксении. К этому времени она уже стояла на ногах, но он всё равно дошёл с ней до берега. Так что, когда Артемий Глебов подъехал на лодке, помощь уже не понадобилась.

Кстати, дедушка Ксении — Дмитрий Михайлович Клопов — когда начиналось возрождение Веркольского монастыря, очень много помогал обители. И своих детей они с женой воспитали в православной вере.

«Я была у Христа за пазухой»

На протяжении 30 лет в монастыре побывали тысячи паломников. Кто‑то провёл здесь всего один день, но немало и тех, кто приезжает сюда каждый год. Есть и такие семьи, которые поначалу привозили сюда своих маленьких детей, а теперь уже внуков.

Варвара МартыноваВарвара Мартынова

Чувства всех паломников схожи с теми, что выразила Варвара Мартынова из Санкт-Петербурга:

– Бывают такие моменты в жизни, когда тебе кажется, что ты уже больше ничего не можешь — ни бороться, ни искать света, ни сопротивляться. Ты погружаешься в какой‑то тягучий бессмысленный поток, который тянет тебя неизвестно куда. И самое страшное, что тебе будто бы уже всё равно. Внутри каждого из нас есть невидимый колокольчик, который даёт знать, что ты делаешь что‑то не так. Иногда он звонит, как набат, но чаще тихо-тихо, еле слышно, недостаточно громко, чтобы захотелось что‑то менять. К началу лета 2019 года этот колокол во мне звонил оглушающе. Я случайно (случайно ли?) знакомлюсь с человеком, который предлагает мне поехать в удалённый монастырь в паломничество. Первый шаг из лодки на землю монастыря превращает тебя в ребёнка. Я думала сначала, что это от новизны, от впечатлений, от новых знакомств и непривычной обстановки у меня такой детский восторг, но каждый новый день доказывал, что это сама земля, сам монастырь, вся его жизнь, тихая, неторопливая, но вместе с тем отлаженная, как хорошие часы, приводят меня в такое умиротворяющее и одновременно радостно-восторженное детское состояние. Это непередаваемо прекрасно.

Я рождалась заново все эти 11 дней. Ежедневная молитва, труд, природа, погода, люди, животные, архитектура — всё это вместе и по отдельности лепили из меня нового человека. Душа моя из околевшего, скукоженного, напуганного комочка начала разворачиваться и расти. Столько заботы я не видела за всю свою жизнь. У меня появилась духовная семья, которая поддержит, стоит мне только смиренно попросить. А потом у меня был день рождения. Сколько искренних, сердечных слов, поздравлений, подарков.

Каждый день я бывала в храме. Молилась что было сил и разумения. Своими словами, потому что я неграмотная в этом деле, как первоклашка, порой не понимая, что происходит во время службы, но мне помогали все, к кому я обращалась за помощью. Как я благодарна!

За это самое важное желание, которое во мне появилось и укоренилось — делать всё так, чтобы мой ангел-хранитель улыбался, глядя на меня и мои поступки. Не огорчать его. Это стало для меня, пожалуй, главнейшей из задач и стремлений теперь.

Каждое утро я задавалась вопросами: не сплю ли я? Взаправду ли всё это происходит со мной? И заслуживаю ли я столько радости? У меня, как у ребёнка, сложилось впечатление, что всё это для меня одной. Осязаемое чудо на святой земле, которое со мной случилось, наверное, было для укрепления моей веры.

Часть меня осталась там, и я рада этому, потому что теперь есть повод вернуться. Я была у Христа за пазухой! Чего и всем желаю. Слава Богу за всё!

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.
Людмила СОСНИНА