Александр Цыбульский: «Добиться успеха можно, если много работать»

Новогоднее интервью с губернатором Архангельской области Александром Цыбульским

О том, какими достижениями в уходящем году гордится команда губернатора, о планах на предстоящий год и о личных итогах 2021‑го главу региона спрашивал Артемий Заварзин, журналист телеканала «Регион 29».

– Александр Витальевич, с каким ощущением лично вы провожаете старый год как губернатор и как житель региона и страны?

– Если говорить как губернатор и как житель области, то этот год был очевидно не простым, он был насыщенным на разного рода события и в политическом, и экономическом плане, и я в целом теми задачами, которые мы в этом году ставили, удовлетворён. Многие направления нам удалось сдвинуть, если не с мёртвой, то с начальной точки. Получилось заложить серьёзную основу для того, чтобы в 2022‑м, 23‑м, 24‑м годах довольно масштабные проекты можно было бы реализовать.

Я в первую очередь доволен тем, что в этом году мы провели вместе с командой правительства, вместе с поддержкой президента очень большую работу по привлечению средств на программу переселения людей из аварийного жилья. Это задача крайне важная, и это задача, наверное, для Архангельской области, с учётом такого большого объёма жилищного аварийного и ветхого жилья, стоит особняком. Я её, наверное, даже не ставлю в перечень тех задач, которые могут хоть как‑то градироваться. Это абсолютно отдельный проект, которым я с первого дня своей работы в регионе начал очень активно заниматься. И в этом году в целом мы получили объём финансирования, который позволит полностью реализовать третий и четвёртый этапы программы переселения.

То есть, по сути, мы сегодня обеспечены финансированием для того, чтобы переселить людей и построить новые дома или выкупить существующие квартиры у жителей, живущих в аварийных домах, признанных такими на 1 января 2017 года. Это большое достижение. 16,8 млрд рублей в этом году в это направление мы смогли привлечь, самое главное – доказать и президенту, и Правительству России, что мы можем в таких ускоренных темпах работать. Перед нами поставлена задача – до 2024 года третий и четвёртый этапы программы, о которых я говорил, выполнить. И я убеждён, что с теми темпами, что мы взяли, мы можем сделать это.

Вы знаете о решении президента о том, что уже сегодня можно начинать работать над пятым и шестым этапами. И по сути, на 2022 год мы получили возможность, не отвлекаясь на предыдущие объёмы, которые уже сегодня обеспечены деньгами, работать над следующими домами, которые признаны аварийными после января 2017 года. Это та задача, которой я, на самом деле, наверное, больше всего удовлетворён, и считаю, что много сил было положено, чтобы её добиться. Полученные средства из федерального бюджета – подтверждение тому, что наши силы были приложены не напрасно.

Очень важное решение, которое в этом году мы приняли, касается того, что со следующего года начнём реконструкцию взлётно-посадочной полосы аэропорта Талаги. Тоже, на мой взгляд, очень важное направление, поскольку аэропорт развивается активно. В этом году, по предварительным прогнозам, уже такой психологический барьер в один миллион пассажиров пройден. Даже больше миллиона пассажиров в этом году воспользовались этими услугами и летали через аэропорт Талаги. Это самый высокий показатель за всю историю статистического наблюдения аэропорта. Планы по реконструкции аэропорта формировались раньше, но не хватало объёмов средств – было в районе 4 млрд рублей. Буквально на прошлой неделе прошла правительственная комиссия, на которой принято решение увеличить эти лимиты до 7,3 млрд рублей. И это позволяет нам по сегодняшним ценам сделать, с одной стороны, взлётно-посадочную полосу лучшего качества в асфальтобетонном исполнении, а, с другой стороны, обеспечить финансирование увеличившихся расходов, которые за последнее время у всех потенциальных строителей возникли. Это то, что серьёзным образом может улучшить качество жизни, даже, наверное, дать ощущение свободы с точки зрения того, что появится возможность летать по большему количеству направлений. Ведь сегодня, откровенно говоря, взлётно-посадочная полоса является серьёзным ограничителем для этого.

Одновременно мы ведём переговоры и с несколькими инвесторами, которые готовы заняться реконструкцией терминального комплекса, как в крупных городах. И вот именно то, что мы перешагнули планку в миллион пассажиров, стало поводом для принятия решения о реконструкции взлётно-посадочной полосы. Я думаю, что в 2022 году мы перейдём уже к практической стадии реконструкции этого терминала. Но при этом мы хотим сохранить баланс, чтобы 51 процент акций остался у областного правительства. На мой взгляд, это обеспечит сохранение всех гарантий, которые есть сейчас у правительства.

Ещё одно важное направление – модернизация первичного звена здравоохранения области. Мы полностью переработали всю программу, которая до этого была внесена. Мы её «привязали» к территории, исходя из тех реальных потребностей районов, которые есть на сегодняшний день. В этом году нам подтвердили финансирование программы в объёме более 6 млрд рублей. Я думаю, что до 2024 года мы существенным образом улучшим инфраструктуру здравоохранения. Мы все в последние годы по‑другому взглянули из‑за ковида на систему здравоохранения. Мы действительно существенным образом поменяли взгляд на вопросы оказания медицинской помощи.

Мы продолжили решение вопросов по реконструкции инфраструктуры образования: и дошкольного, и школьного. Сейчас очень знаковым моментом, который в этом году мы заложили по решению президента, является капитальный ремонт школ. Была принята программа по этому направлению. Это крайне важно: мы строим новые школы, но у нас есть и такие школы, которые просто после капитального ремонта могут получить вторую жизнь. У нас сейчас по проекту 26 школ могут войти в эту программу. Это даст нашим детям совершенно другие возможности

Могу сказать, что я удовлетворён прошедшими выборами депутатов Государственной Думы. Потому что действительно выборы в Архангельской области, по мнению многих экспертов и даже оппозиционных партий, признаны открытыми, не было допущено никаких нарушений. По сути, мы показали честный, очень открытый результат – победу регионального отделения партии «Единая Россия», которое я сейчас возглавляю. Для меня это тоже кредит доверия, аванс, который выдан и который нужно оправдать.

И, конечно, важное направление, которое мы тоже до конца пока не оценили, но скоро оценим, – это то, что Архангельская область попала в число четырёх регионов, где при федеральном финансировании будут реализованы пилотные проекты по созданию системы обращения с твёрдыми коммунальными отходами. Это даёт нам возможность уже сегодня построить самые современные комплексы, понимая, что мы делаем не за счёт областных средств, а за счёт федеральной поддержки. Это позволяет нам снять нагрузку с нашего бюджета, и, с другой стороны, постараться построить самую передовую систему обращения с отходами. Это я ответил на ваш вопрос как губернатор и житель Архангельской области.

Если говорить о личном, то скажу так: для меня этот год был счастливым, произошли разного рода счастливые события, которые для меня являются самыми важными в жизни и дают огромную поддержку.

– Вы часто у себя в соцсетях публикуете фото из цикла «Было – стало». Где, на ваш взгляд, всё именно было плачевно, а стало весьма достойно?

– Я очень люблю этот формат работы – «было – стало». Потому что в процессе стройки, когда ты часто бываешь на объекте, то в конечном счёте глаз «замыливается», и ты не видишь этой разницы, контраста – как было и как стало. И когда коллеги сфотографировали, то можешь понять это внутреннее ощущение – удалось или не удалось достичь того, к чему стремились.

Я точно не дам вам пример того, где было плохо, а стало хорошо. Наверное, эту оценку должны давать жители области. Сам этот формат мне очень нравится. Я буду его продолжать. Не все же бывают в отдалённых пунктах нашего региона и понимают, из чего этот проект рождался. И когда люди видят, например, дорогу, которая была вся в ямах и лужах, а потом там появляется асфальт, ровное полотно, – на мой взгляд, это характеризует результат лучше всего.

– Есть такое устойчивое выражение – «переломить ситуацию». Повернуть положение дел на 180 градусов. По вашему мнению, о каком событии или событиях этого года можно сказать именно так?

– Это все проекты, о которых я рассказал, отвечая на ваш первый вопрос. Все проекты, которые требовали большого труда. Они же не родились сами собой, это потребовало практически полуторагодовалой работы – для того, чтобы необходимость решения всех этих проблем обосновать и, самое главное, доказать и взять на себя обязательства, что мы имеем не только желание, но и возможность, и готовность все эти проблемы решить. Конечно, с учётом той поддержки, которую мы получили.

– Есть моменты, за которые обидно, что не получилось, не дотянули, просели, хотя имели все шансы?

– Я много раз об этом говорил. Мне очень обидно, что в Архангельске мы не смогли довести до конца благоустройство некоторых общественных территорий, которые могли бы уже сейчас, этой зимой, нашими жителями активно использоваться. Возможно, при большей ответственности со стороны подрядчика, который взялся за эту работу, при большем контроле можно было доделать. Я в этом глубоко убеждён. И администрация Архангельска, и подрядчик где‑то, на мой взгляд, недотянули. И ладно, когда у тебя что‑то не получается, потому что нет финансовых возможностей – это одно дело. А здесь, когда и деньги были, и конкурсы проведены, и обязательства взяты со стороны подрядчика, надо было отнестись к этому более ответственно. Я долго жил в Москве, видел, как люди работают в круглосуточном режиме, как они успевают сдавать объекты. А у нас, как мне кажется, это временами было излишне расслабленно. Хотя даже погода давала в этом году фору – снег выпал чуть позже, чем мог бы.

Второе, за что обидно, – это ситуация, которая сейчас сложилась с переправой на остров Бревенник. Это ситуация, которая во мне до глубины души вызывает даже какое‑то личное внутреннее негодование. Это была история, когда частная компания, по сути, повела себя просто некорректно, потому что она эксплуатировала понтон, о потенциальных проблемах которого она прекрасно знала. Да и заключение по этому понтону давала компания, мягко говоря, близкая к собственнику этого понтона. Складывается впечатление, что это какая‑то запланированная акция. И у меня лично это вызывает жуткое возмущение. Мы оказались в условиях, когда нам много раз докладывали, что подготовка к зиме идёт по плану. И 18 ноября, когда, по сути, лёд уже начал вставать, мы узнаём об этой проблеме. Я считаю, что это просто какая‑то диверсия. Сейчас мы уже не можем экстренно привезти и установить новый понтон, потому что лёд встал и понтон не положишь. Мы уже в минобороны обращались за помощью, сюда приезжала целая комиссия из министерства, которая решала, можно ли что‑то сделать. Понтон раздвижной – индивидуальный. И мы, конечно, закажем новый. Теперь нам требуются даже не деньги, а время, потому что понтон изготавливается по индивидуальному проекту. Много в этой истории пока подозрительного. Выводы сделаны, больше рассчитывать на безответственных людей мы не будем.

– На «Прямую линию» вам поступило более двух тысяч обращений. Будет каждое обращение отработано? Или, возможно, появятся новые законодательные инициативы?

– Здесь надо смотреть каждый вопрос индивидуально. Какие‑то проблемы, которые обозначили жители, нуждаются в принятии точечных решений, если это, условно говоря, связано с проблемой в конкретном дворе или в подъезде. Здесь, конечно, надо максимально приложить усилия и в рамках существующего законодательства найти возможности эту проблему решить. Если вопросы требуют внесения изменений в законодательство, в нормативные акты как на муниципальном, так и на региональном и даже на федеральном уровнях, то мы, конечно, будем над этим работать. Если это касается федерального законодательства, значит, надо выходить с соответствующими инициативами. Потому что страна большая, условия жизни в регионах разные. Тем более что сейчас такое повышенное внимание, в том числе в нормативном регулировании, уделяется Арктической зоне, а значит, большой части территории Архангельской области. Здесь вообще у нас есть определённые преимущества. Потому что в рамках особого статуса особых территорий мы можем принимать даже исключительные правовые решения, которые будут приводить как раз к решению тех проблем, которые присущи именно нашим северным территориям.

– В этом году очень точечно и предметно сработал первый конкурс губернаторских грантов. Понятно, что ключевое слово – конкурс, и поддержку получили не все заявки. Жизнеспособных больше, чем вышло в финал. Вы с коллегами проводили аналитику, можно ли и нужно ли что‑то менять в подходе к грантовой поддержке?

– Это всегда так бывает: кто‑то выигрывает, кто‑то пока ещё не дотягивает до победы в конкурсе. Создание этой системы – абсолютно новый подход к распределению грантов. Что такое грант? Это проект, за которым стоит человек, целые команды, идеи, которые общественники выносят на конкурсы и просят их поддержать с финансовой точки зрения. Да, можно допустить, что раньше система грантов распределялась где‑то в ручном режиме, то есть комиссией. И, конечно, повлиять на распределение грантов было, мягко говоря, возможно. То, что мы сейчас предложили – это чёткие определённые правила, причём они прописаны в электронном виде. Во многом отбор этих проектов идёт на основе искусственного интеллекта, и оценка грантов стала абсолютно объективной. Многие на меня обижались, приходили люди и говорили: мы вот каждый год делаем хорошие проекты, каждый год получаем гранты, а в этом году не понимаем, почему нам не дают гранты. И притом что я согласен, что они делают правильное дело, их проекты позитивные и полезные, но повлиять на это не могу. Есть абсолютно чёткие правила: пожалуйста, приходите и участвуйте.

Кроме того, благодаря соглашениям со Сбербанком, который, по сути, все эти проекты забрал на банковское сопровождение, мы сняли многие риски. Раньше что возникало? Люди ведь часто не понимают до конца – они же не финансисты профессиональные, не коммерсанты, не бизнесмены – это общественники. Поэтому раньше возникали проблемы с отчётностью: не туда направили деньги, не то оплатили. И оказывалось, что люди, делая хорошее дело, потом ещё были вынуждены возвращать деньги, потому что их действия не соответствовали тем правилам, которые приняты. Теперь банк, как бухгалтер, контролирует обращение этих средств. И если человек начинает их направлять куда‑то не туда – на не связанные с проектом вещи, вполне возможно, что по незнанию или по ошибке, – то банк просто не даст это сделать. И таким образом мы уберегли множество людей от этих вот ошибок. Думаю, эта идея единого ресурсного центра, которую мы создали, очень хорошая, потому что есть одно «окно», где все источники – президентские гранты, федеральные, региональные – всё сливается в одно и по единым правилам работает.

– Закончить интервью хотелось бы небольшим блицем. Завершите несколько фраз так, как вы их почувствуете. «Добиться успеха можно, если…»

– …если много работать. Это ясно.

– «Главные критерии правильности принятого решения – это…»

– …удовлетворённость тех, для кого оно принимается.

– «В минуту сомнений особенно важно…»

– …остановиться и подумать.

– «Далеко заплывает лишь тот, кто…»

– … кто научился хорошо плавать.

Поздравляю всех с наступающим Новым годом!

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.