Великие земляки: Поклон Фёдора Абрамова

Урезать тираж? Согласен

13 апреля 1982 года, уже который раз за предшествующее десятилетие размышляя над воспоминаниями об Александре Твардовском, умудрённый житейским и писательским опытом лауреат Государственной премии СССР Фёдор Абрамов записал: «Сейчас среди литераторов распространено довольно циничное суждение (и я придерживаюсь его): где бы ни напечатали, лишь бы напечататься… Тогда (в 1960‑е годы. — Г. М.) было не так. Тогда кто печатался: литература высокого плана — раз. И — печатающийся человек, прежде всего гражданственного горения, всецело отдающий себя служению обществу, народу…»

Хорошо известен Твардовский — выдающийся поэт, однако значительно меньше знают о нём — главном редакторе журнала «Новый мир». Между тем благодаря Твардовскому это издание навечно вошло в историю русской литературы как лучший «толстый» журнал 1960‑х годов, по‑настоящему раскрывший таланты многих писателей, в том числе и самого Фёдора Абрамова.

Дарственная надпись Фёдора Абрамова

К редакторской работе невозможно подходить только как к одному из видов профессиональной деятельности, редактор в издательстве в то время — должность весьма ответственная. Тем не менее фамилии редакторов и других ответственных издательских сотрудников, принимавших участие в выпуске любого издания, как правило, набраны мелким шрифтом среди прочих сведений технического характера в начале или в конце книги. На них редко обращают внимание.

Каждый значительный автор, сколь бы ни стал он знаменит в будущем, обязательно имеет своего редактора. Зачастую редактор сопровождает автора на протяжении почти всей его творческой деятельности, да и впоследствии продолжает работать с его наследием.

Одним из самых ярких ленинградских-петербургских редакторов второй половины ХХ века стала Кира Михайловна Успенская («Правда Севера» уже писала о ней в номере от 24 марта сего года), проработавшая в Ленинградском отделении издательства «Советский писатель» с 1959 года без малого 30 лет. Она стояла у истоков первых книг многих известных ныне писателей, которые всегда с глубокой благодарностью помнили и помнят о ней как о своём первом издательском учителе.

Постоянным редактором Фёдора Абрамова в Ленинградском отделении издательства «Советский писатель» К. М. Успенская стала весной 1966 года (при этом они были хорошо знакомы с 1948 года, когда она поступила на филологический факультет Ленинградского университета и потом училась здесь же в аспирантуре). Писатель только что сдал рукопись своего нового романа «Две зимы и три лета», которая должна была стать его второй книгой в этом издательстве (первая, сборник повестей и рассказов «Безотцовщина», вышла в 1962 году; её редактором был давно забытый писатель Михаил Марьенков).

В 1967 году, под предлогом 50‑летнего юбилея советской власти, выпустить этот остросоциальный для того времени роман не пришлось. Это стало возможным только после того, как Абрамов, переписав текст едва ли не наполовину, опубликовал его в первых трёх книжках журнала «Новый мир» за 1968 год. Роман даже был выдвинут на соискание Государственной премии СССР. Награду писатель тогда не получил (лауреатом он станет лишь в 1975 году), но это помогло решить вопрос об отдельном издании.

Тем не менее уже разворачивались чехословацкие события, и выход книги, запланированной на 1969 год массовым тиражом (100 тысяч экземпляров), оказался под угрозой — к таким изданиям коммунистическая партия и цензура относились с пристальным вниманием. Если бы запретили, то уже надолго… Поэтому Кира Михайловна предложила такой вариант: издать роман «минимальным» 30‑тысячным тиражом, при котором к тому же, несмотря на значительное удорожание производства, книга имела преимущество в художественном оформлении: в этом случае ей полагались суперобложка, рисованные форзацы, иллюстрации в тексте.

Разумеется, Абрамов согласился, хотя и сильно терял в гонораре.

Чутьё не подвело опытного редактора. Книга проходила цензуру как раз во время наиболее острой фазы вторжения стран Варшавского договора в Чехословакию. Она увидела свет, как и планировалось.

Всегда на защите автора

В своих воспоминаниях «Из записок редактора» К. М. Успенская свидетельствует: «Так началась наша совместная работа. Все основные последующие издания Фёдора Абрамова публиковались в «Советском писателе», и мне посчастливилось быть его редактором в течение 15 лет. Последний договор об издании его сборника рассказов я привезла ему домой на подпись за несколько дней до его кончины. В 1984 году он вышел под названием «Жарким летом».

Далее К. М. Успенская редактировала посмертные издания абрамовских произведений ещё много лет. Она стала редактором и широко известных книг Людмилы Владимировны Крутиковой-Абрамовой, таких как «Дом в Верколе» (1988 год) и «Жива Россия. Фёдор Абрамов: его книги, прозрения и предостережения» (2003).

К. М. Успенская всегда находилась на стороне автора, чем бы ей это ни угрожало. Так, она получила выговор за первую книгу Андрея Битова «Большой шар» (1963); сразу два выговора — за так и не вышедшую в свет итоговую книгу лирики Ольги Берггольц «Встреча» (вернее, за то, что откровенно рассказала автору, по какой причине издание было «зарезано» цензурой).

В то время, когда в «Советском писателе» готовился новый сборник повестей и рассказов Фёдора Абрамова, название которому дала его повесть «Деревянные кони», возникла проблема, каким образом донести это произведение до читателя в первоначальном виде. Дело в том, что при публикации во второй книжке «Нового мира» за 1970 год, когда Александра Твардовского на посту главного редактора уже сменил Валерий Косолапов, в нём не только заменили слово «покулачили» (раскулачили) на «жалкое, дохленькое словечко» (выражение Ф. Абрамова) «обидели», но и сам текст сократили настолько, что даже пришлось заменить жанровое определение произведения: «повесть» стала «рассказом».

Кира Михайловна рассказала мне о найденном выходе. Во-первых, несмотря на то что это нарушало логику построения книги, «Деревянные кони» были помещены после повести «Пелагея», таким образом оказавшись где‑то в середине сборника. Во-вторых, на рассмотрение в цензуру повесть отправилась с пометой о том, что она печатается по уже опубликованному журнальному тексту. В конце концов, в случае обнаружения несоответствия сослались бы на то, что тексты оказались попросту перепутаны (иногда так действительно случалось). К счастью, подробно разбираться с произведением известного автора в цензуре не стали, тем более что и эта книга шла не «массовым», а 30‑тысячным тиражом. Когда всё выяснилось, было поздно — в 1972 году она успешно вышла в свет (оформление для неё сделал Фёдор Мельников, лучший друг Абрамова). Дальнейшее разбирательство угрожало бы увольнением уже самому цензору. К. М. Успенская получила от автора экземпляр с дарственной надписью: «Дорогая Кира Михайловна! Выходом этой книги я во многом обязан Вашему мужеству и бесстрашию. Спасибо Вам и поклон. Ф. Абрамов. 4 июня 1972».

В воспоминаниях «Из записок редактора» К. М. Успенская пишет: «Много книг мне довелось редактировать за почти три десятилетия работы в издательстве… Редактирование с Фёдором Абрамовым проходило почти всегда спокойно и гладко. Собственно, в редакторской правке его тексты, конечно, не нуждались, но к советам он прислушивался. Ценил, что я не пыталась править ему стиль, выбрасывать или редактировать народные выражения, которыми он очень дорожил».

В редактуре мелочей нет. К каким советам своего постоянного редактора мог прислушиваться Фёдор Абрамов? Вернёмся к первому отдельному изданию романа «Две зимы и три лета», конкретно — к искусственному тексту «Вместо эпилога», по цензурным соображениям «приставленному» к роману по требованию журнала «Новый мир», где им и заканчивается публикация. Возможно, по совету Киры Михайловны в этом «оптимистическом привеске» (выражение Ф. Абрамова) изменено только одно предложение… Взамен журнального: «С электричеством, радио, с мебелью» (появившимися в новых деревенских домах) в книге читаем: «С электричеством и радио». Благодаря этому уточнению фраза сразу сменила свой смысл, значительно точнее отразив реалии тогдашнего крестьянского быта (в дальнейшем Абрамов от этого «эпилога» отказался).

Кира Михайловна Успенская, редактор книг более 200 авторов, среди которых Фёдор Абрамов, Андрей Битов, Ольга Берггольц, Вера Кетлинская, Всеволод Рождественский, Юрий Рытхэу, Иван Соколов-Микитов и многие другие, скончалась в Санкт-Петербурге 3 апреля 2021 года.