В Архангельской области спасение одной собаки привело к созданию благотворительного фонда

Напомним, Верба — это бездомная собака, которая бегала по архангельскому Сульфату с застрявшей в пасти консервной банкой. В апреле прошлого года ради её спасения объединились сотни людей, а спустя месяцы архангелогородке Алёне Малыгиной даже удалось «уговорить» эту дикарку с непредсказуемым поведением довериться человеку и стать «домашней». И вот — очередная новость: Алёна готова оказывать помощь тем, кто в ней нуждается, — причём не только животным, но и людям — на новом уровне. Она открыла свой благотворительный фонд под названием «Сфера добра». Мы встретились, чтобы узнать о том, что привело её — человека, далёкого от благотворительности, — к такому решению и насколько в этом замешана Верба.

– Алёна, мы познакомились с вами в мае прошлого года во время поимки Вербы, и, кажется, тогда вы даже не помышляли, что благотворительность может стать делом жизни. По крайней мере, рассказывали, что до этого никогда не принимали деятельного участия в акциях спасения и только время от времени помогали финансово, видя какой‑нибудь пост о помощи. Это действительно так?

– Мне трудно вспомнить, когда именно появилась идея создать свой благотворительный фонд: я её время от времени обдумывала. Дело в том, что заниматься благотворительностью — это для меня так естественно. Но я не занималась этим плотно. Долгое время я просто была подписана на все паблики помощи животным, просматривала там новости и помогала финансово тем, кто больше нуждался. Потом начала более-менее регулярно оказывать волонтёрскую помощь.

Сначала был центр помощи диким животным «Мата-мата»: мы закупали и отвозили туда крупы на корм животным. Потом я стала помогать транспортом приюту для бездомных животных «Радово-Островок», который находится за городом. Например, когда в прошлом году они организовали акцию (привезли в Архангельск и выставили на улице клетки со своими беспризорными щенками — и некоторые прохожие забирали животных прямо оттуда), я перевозила этих щенков. Систематически ездила и продолжаю ездить в северодвинский приют «Хвостики».

Но был всё‑таки случай, после которого меня «пробрало» окончательно, и который, я думаю, можно считать точкой отсчёта — история хабаровских живодёрок (Две несовершенноление девочки мучили и убивали бездомных животных. — Прим. ред.), которая стала известна на всю страну. Это случилось около четырёх лет назад. Я тогда собирала подписи в пользу того, чтобы дело «не замяли», и поняла, что просто говорить, как всё это ужасно, мало — нужно что‑то самой делать.

Алена со спасенной Вербой/ фото предоставлено Аленой Малыгиной

– Спасение Вербы стало в этом смысле новым этапом?

– Наверное, можно так сказать. До этого я никогда не была куратором какого‑то благотворительного дела, не начинала ничего нового.

К тому же до неё я никогда не работала в команде. Теперь же у нас — волонтёров и просто неравнодушных горожан — появилось несколько своих «бесед» в соцсетях, где мы обмениваемся информацией и объединяем усилия, когда это нужно. И большинство из волонтёров — это люди, с которыми я познакомилась и сблизилась именно во время поисков Вербы.

– Вы помогали преимущественно животным, но «Сферу добра» решили не сужать до какого‑то одного направления и декларируете, что готовы помогать и животным, и людям. Как произошёл этот переход «к человеку»?

– В какой‑то момент я включилась в помощь подопечным нашей детской областной клинической больницы и познакомилась с теми, кто регулярно это делает, не афишируя. Стала вместе с ними участвовать в закупке лекарственных препаратов и различных расходных материалов для семей с детьми, которые требуют особого ухода. Потребность дополнительно что‑то приобрести сверх того, чем обеспечивает государство, у таких семей появляется довольно часто, потому что каждая ситуация с больным ребёнком уникальна.

Основать благотворительный фонд я решилась именно благодаря этой компании единомышленников.

– То есть «Сфера добра» — это уже не только Алёна Малыгина?

– Я стала директором фонда, и в штате я пока одна, но у меня есть поддержка. Можно сказать, это счастливое стечение обстоятельств. Жизнь свела меня с людьми, которые предложили мне организовать и вести благотворительный фонд. Я понимала, что для того, чтобы открыть фонд, нужны, пусть и небольшие, средства. Кроме того, нужно отказаться от основной работы. То есть у меня самой это, может быть, и случилось бы, но гораздо позже, а тут всё сошлось.

И всё‑таки открыть фонд не было лёгким решением. Перед тем как решиться окончательно, мы изучали тему, и оказалось, сектор НКО — посложнее любого бизнеса.

К тому же я уже поняла, насколько всё ещё влияют на отношение к благотворительности и благотворителям стереотипы. Прежде всего такой, что благотворители — это попрошайки, что им нужны только деньги. Хотя на самом деле часто требуется как раз неденежная помощь.

Впрочем, в последние полгода я почувствовала, как это отношение меняется. Я думаю, повлияла пандемия: люди стали больше сострадать.

– Не пугало то, что ко многим фондам, а к молодым и неизвестным — особенно, многие относятся с недоверием?

– Этот страх до сих пор присутствует и, я думаю, он будет всё время. Хотя насколько он оправдан, пока сложно сказать: мы в самом начале пути.

Но люди откликаются. Кто‑то мне даже в личку пишет: «Здравствуйте! Мне так понравились ваши страницы. У меня в группе большая аудитория, могу разместить пост о вас, чтобы приумножить вашу». Такие маленькие моменты очень радуют и вселяют уверенность, что я всё делаю правильно.

– Я знаю, что волонтёры к вам уже подтягиваются. Как эти люди готовы помогать?

– Мы поместили на страницу фонда специальную анкету, через которую желающие могут оставить свои контакты и сообщить, как готовы помогать и в какое время. Так вот из тех 15‑ти человек, что её уже заполнили, большинство указали, что готовы участвовать в благотворительных акциях и помогать с документами. Это и есть самая главная помощь, которая сегодня требуется. Так что здесь наши ожидания не разошлись с реальностью.

На одном из занятий, организованных фондом «Сфера добра»/фото предоставлено Аленой Малыгиной

- «Сфера добра» была зарегистрирована 24 декабря 2020 года, в середине января вы получили документы из минюста и смогли приступить к деятельности. Что‑нибудь уже удалось сделать за эти полгода?

– Первое, что мы сделали, — оформили поставку необходимых медицинских расходных материалов для подопечных детской областной клинической больницы. То есть по сути продолжили то, чем уже занимались, только на новом уровне. А сейчас также плотно занимаемся совершенно новым для нас проектом помощи детям с тяжёлыми и множественными нарушениями развития — хотим организовать для таких детей бесплатные занятия в бассейне и опробовать на этом проекте, получится ли сделать такую помощь постоянной.

Дело в том, что сегодня, как выяснилось, вывезти таких детей в бассейн родителям очень сложно. Мы пришли к выводу, что в городе нет бассейнов, которые бы отвечали потребностям этих деток: нет специально обученного персонала, нет возможности сделать температуру воды приемлемой — не ниже 39 градусов. Пока мы нашли только один частный бассейн, который может обеспечить необходимые условия, но он находится за городом. Поэтому встаёт вопрос о том, как организовать туда доставку детей. В ходе нашего проекта мы хотим опробировать модель с трансфером, чтобы автобус забирал детей с родителями прямо от порога дома, отвозил в бассейн, ждал их, а затем развозил обратно по домам.

Сейчас мы стараемся получить на реализацию этого проекта областной грант. В дальнейшем есть идея запустить этот проект на более длительный срок уже на средства благотворителей.

– Почему первыми адресатами помощи фонда выбраны именно дети с тяжёлыми и множественными нарушениями развития?

– Недавно я вошла в клуб руководителей НКО «Сектор» и открыла для себя, что у нас в регионе очень много благотворительных фондов, только вот каждый занимается чем‑то узкопрофильным, возможно, потому что так легче получать грантовое финансирование. При этом я изучила все направления, которые уже есть, и оказалось, что детьми с тяжёлыми и множественными нарушениями развития почти никто не занимается. И меня задело.

Почему? В двух словах не скажешь. Наверно, именно потому, что это как раз очень сложное направление, и получить отклик благотворителей по нему труднее: многие из детей с тяжёлыми и множественными нарушениями развития имеют паллиативный статус. И при этом мы понимаем, что они такие же дети, как и все. А значит, у них должно быть детство. Я рада, что мы нашли поддержку в РОО АРГИМОЗ. Теперь работаем в этом направлении вместе. И хотя я понимаю, что этот путь мне предстоит проходить только самой, главное, что дают такие более опытные коллеги, — это поддержка.

Причём таких единомышленников удалось найти уже не только на уровне области, за что спасибо ресурсному центру «Гарант», который помогает как раз таким, как я, кто только открыл или хочет открыть благотворительное дело. Благодаря ему я приняла участие в конференции для представителей благотворительных фондов со всех регионов страны. Сейчас мы создали общий чат и продолжаем общаться.

– Вы сказали, что, ещё обдумывая идею открыть фонд, пришли к выводу, что основную работу придётся оставить. А в реальности насколько круто изменилась ваша жизнь после его открытия?

– Я всегда мало спала и много работала, но теперь жизнь стала ещё активнее. Работу, которой я занималась до этого, я, и правда, оставила, потому что считаю, что смысла открывать такой фонд и заниматься им только время от времени, нет — нужно отдаваться этому полностью.

У меня очень расширился круг общения, и замещения при этом не произошло. Прежние друзья не ушли, а прибавились новые.

А вот близкие всё ещё, по‑моему, в шоке, хоть и отнеслись положительно. Но они были поражены не тем, что я открыла фонд, а тем, что даже не знали, что их сестра, подруга, дочь много лет занимается благотворительностью. Ведь я это не афишировала. При встрече говорят: «Удивляемся, откуда у тебя столько сил».

Сейчас я занимаюсь только фондом. Первым делом стала искать где можно поучиться. С удивлением обнаружила, что такое обучение можно пройти бесплатно — его организуют другие НКО. Я поучилась у московских коллег, никуда не выезжая — онлайн. Кстати, в предоставленном курсе лекций были также и несколько лекций нашей Марины Михайловой, которая представляет центр «Гарант».

– Как отреагировала на изменения вашего образа жизни Верба?

– Прекрасно. С одной стороны, я больше загружена, а с другой, — могу теперь выкроить время на прогулку с ней в хорошую погоду. Так что в жизни Вербы только положительные изменения.