Письма с фронта: «…не ясно только, какой ценой»

В 1989 году в Архангельске, в Северо-Западном книжном издательстве, вышла книга «Письма с фронта. 1941–1945»
Lori (c)
Фото Калестина Коробицына

Над ней трудился большой коллектив авторов. Ответственный составитель этого ценнейшего сборника документов — архивист В. А. Волынская, ответственный редактор — историк Е. И. Овсянкин.

Предлагаем вниманию читателей письма земляков из 1941 года.

«За мирную нашу жизнь!»

Письмо рядового М. П. Бурдаева родителям

«22 июня 1941 г.

Дорогие старички, война началась. Сегодня мы выступили. Живите — трудитесь. За меня не беспокойтесь. Победа будет за нами.

Обнимаю и крепко вас целую.

Ваня.

Итак, пошли.

Вперёд! За Родину!

За Сталина!

За мирную нашу жизнь!»

(Иван Прокопьевич Бурдаев родился в 1912 году в деревне Кириллово Котласского района. Работал учителем в Ямской, Коряжемской школах. В ноябре 1943 года пропал без вести.)

Письмо младшего лейтенанта М. И. Пегоева жене

«22 июня 1941 г.

Здравствуй, Лиля!

Придётся ли поздороваться за руку? Не знаю. Сегодня началось. Я этого ждал. Поэтому и писал, что экзамены лопнули. Да, эти экзамены буду сдавать в бою. Возбуждение ужасное. Ты знаешь, эта минута — историческая. Мы, ровесники Октября, будем делать историю. Нашими руками и нашими умными машинами. Ты понимаешь, два мира не на жизнь, а на смерть сцепились. Но конец ясен, не ясно только, какой ценой. Кто из нас доживёт и увидит те счастливые дни? Тогда над голубым, воспетым всеми поэтами Рейном заполощется красный вымпел.

Жаль, забыл те крохи языка, какие знал, это мне пригодилось бы.

Во мне кипит настоящая святая злоба. Конечно, у берегов ласковой Томи мне жить недолго осталось, уже не увидать золота берёз. Как это рано случилось! Я ждал в августе. Что ж, померяемся.

Ты думаешь, что я бравирую? Ничуть. Я человек здравого рассудка, не ура-патриот, шапками никого забрасывать не собираюсь, ибо у меня есть кое‑что получше шапок. Страна не жалеет для защиты труда ничего. Мне и жизни жаль — мало жил, много надежд на будущее было, но не задумываясь отдам всё, что имею, и жизнь, ибо это цена жизни будущих поколений, это защита вас, вашего спокойного труда. И ты работай спокойно, не думая ни о чём, воспитывай ребят так, чтобы сумели приложить руки к жизни. А дорогу туда, к жизни, мы проложим.

Да, умереть легко, но надо сделать так, чтобы и выжить, и победить. Тогда снова в школе рука об руку будем работать, и сотни, тысячи наших питомцев, прошедших через наши руки, закончат здание коммунизма. Это будет прекрасно, но, повторяю, не задумываясь, лягу, если понадобится, чтобы фундамент этого здания был крепок.

…Итак, Каргополь пусть поскучает без меня. Впрочем, скучать ему некогда. Пусть плещется Онега, пусть наливаются хлеба, золотятся берёзы. Пусть зайцы и тетерева спокойно живут и старятся — вряд ли кто пойдёт их пугать.

Интересно, как переживает эти дни Каргополь?

Обо мне не беспокойся, зря не погибну, а если лягу, то это дорого врагу достанется. Я спокоен, хотя больше чем уверен, что с Каргополем простился 3 июня 1940 года. Можешь ожидать меня, можешь нет, таким образом никакое известие тебя не должно напугать. На Славгород можешь написать ещё одно письмо, может, долго там буду.

Чёрт, какие короткие ночи, как хорош мир, как хорошо — жить! Жму, таракашек, лапку и целую крепко…

Пегоев»

(Пегоев Михаил Иванович (1917–1979). Выпускник Каргопольского педагогического училища. В 1939 году призван в Красную армию. Воевал на Западном и Калининском фронтах, защищал Москву. После войны работал учителем в Киевской области.)

Воевать за Родину — большая честь

Письмо военного врача Г. С. Тярина жене

«7 июля 1941 г.

Милая Настя!

Прежде заочно крепко-крепко целую. Желаю вам хорошей жизни — такой же, как было при мне, а то и ещё лучшей.

О себе могу сообщить, что живу хорошо, как полноправный боец, командир РККА. Вернее военврач 3‑го ранга, помощник командира отделения, ординатор, 1‑й ассистент операционной передвижного отделения армейского автохирургического отряда № 19.

Видишь, милая, сколько чинов, по ним и идёт моя работа. Работы много, несмотря на то что мы всё ещё находимся в пути к фронту, но ежедневно идёт наша подготовительная работа, особенно хирургическая, и по приказу, прямо из поезда, на стоянках мы развёртываемся и приступаем к операциям уже через 20–25 минут. Для этого надо много и всему отряду учиться. С этой ежедневной учёбой и время идёт незаметно. Как я писал из Архангельска, мы очень быстро, неожиданно (это так всегда будет по‑военному) выехали 1 июля поездом. Всё пока везут по направлению к Москве, без остановок доехали до Ярославля, где и живём вот уже пять суток. Живём в своём вагоне, в своих машинах и всё на территории железнодорожной линии. Ходить никуда не отпускают, все ждут ежеминутного приказа выступления. Куда поедем дальше, т. е. на какой фронт (на юг или в Мурманск), ничего неизвестно (вернее всё же — на юг). По всему чувствуется, что сегодня выедем.

Мы обмундированы всем для работы на фронте, обвешены оружием. Вчера принимали присягу. Сегодня выходной, и вот я нашёл время написать. Пишу на лужайке около вагона между рельс. Погода здесь очень жаркая, мучит. Я по два раза купаюсь (перед обедом и ужином). Общее самочувствие у меня очень хорошее.

В общем, себя чувствую хорошо и уже много бодрее. Опять учусь хирургической работе в новых условиях — это мне очень полезно.

Милая, назначение нашей работы я уже писал, т. е. мы будем оперировать, передвигаясь в полевые подвижные госпитали и другие более крупные хирургические армейские подразделения, которые не справляются со своей работой. Мы все на машинах, и всё у нас на машинах, вплоть до рентгена. Мы будем на фронте и очень подвижными, то тут, то в других местах будем помогать оперировать… Мы едем оказывать помощь, спасать бойцов РККА — защитников нашей Родины, нашего народа, и это большая честь…

Я о вас очень забочусь, я вас оставил тут, но не обидел ничем, кроме своего отсутствия. Думаю, вы будете жить хорошо, должны жить хорошо… Ну ладно, время будет, и опять увидимся, а пока живите спокойно, за меня меньше беспокойтесь — я на своём почётном посту. Сегодня отсюда уедем, может, и прямо на фронт. Адреса я пока не знаю, но как узнаю, телеграфирую, и вы, я вас очень прошу обоих с папой, честно, искренне и правдиво, подробнее и чаще пишите. Всего хорошего. Ещё раз заочно целую. Привет всем, особенно папе.

Ваш Герман».

(Тярин Герман Спиридонович (1907–1941). Уроженец Мезенского района. Выпускник Архангельского мединститута 1937 года — первого выпуска. До войны работал врачом в Лешуконском районе. Погиб при налёте вражеских самолётов под городом Юхнов, Калужская область.)

Письмо Героя Советского Союза старшего сержанта М. Ф. Теплова родным

«7 декабря 1941 г.

Добрый день, здравствуйте, дорогая Шурочка и сынок Валя! Шлю вам горячий пламенный привет и посылаю тысячу наилучших пожеланий. В настоящее время нахожусь в землянке, около железной печки и, урвав одну свободную минуту, решил написать письмо, сообщить о себе. Нахожусь на защите родной столицы Москвы, враг рвётся к Москве, но ему не удаётся. Он находит на подступах к Москве себе могилу, и не видать гитлеровским мерзавцам нашей столицы.

Уже появляются русские морозы, а это для них не так приятно, в пилотках и вообще в летнем обмундировании они уже пообмораживались, сдаются в плен.

А мы стоим здесь и посылаем немцу стальные лепёшки по 16 кг.

Не забываем его и посылаем и днём, и ночью. Отпускаем, не жалеем, даём так, чтобы не успевали проглатывать и сдыхали от обжорства наших 16‑кг стальных лепёшек.

Уже стало холодно. Но мы одеты хорошо, все в валенках и в тёплом обмундировании. Для нас мороз не страшен… Сейчас иду к орудию и снова повторим артиллерийскую стрельбу. Пошлём несколько сот стальных котлет немцу на обед, на второе блюдо, а на третье спустят с самолётов: пусть они получают нашу горячую пищу. Затем, Шурочка, до свидания. Ещё жив и здоров, чего и вам желаю. Целую вас, Шурочка, тысячу раз.

Ваш Миша Теплов».

(Теплов Михаил Федотович (1918–1944). Родился в деревне Юрас на Пинежье. До войны работал лесорубом, был стахановцем. В октябре 1939 года призван в Красную армию. На фронте командовал орудием 873‑го Смоленского отдельного истребительно-противотанкового артполка. Член КПСС. Награждён медалью «За отвагу», орденом Ленина, двумя орденами Отечественной войны II степени, орденом Славы III степени. Геройски погиб 5 июля 1944 года, участвуя в Белорусской наступательной операции: оставшись одним из расчёта, продолжал вести бой, подбил два самоходных орудия противника, был тяжело ранен и, не желая сдаваться в плен, подорвал гранатой себя и фашистов. Звание Героя Советского Союза присвоено посмертно.)

Письмо младшего лейтенанта Г. Ф. Черняева родителям

«31 декабря 1941 г.

Здравствуйте, дорогие родители!

Шлю вам новогодний привет из освобождённого от немцев города Ростова-на-Дону. Желаю вам счастья и здоровья в наступающем году. Новый год принесёт нам ещё большие победы в борьбе с фашизмом. И я как воин Красной Армии буду ещё сильнее и крепче бить немецких оккупантов, гнать их с нашей свободной земли. Бить до полного уничтожения!

Ваш сын Геннадий Черняев».

(Черняев Геннадий Фёдорович (1922–1945). В 1941 году окончил среднюю школу № 2 города Котласа. Прошёл обучение в Борисовском инженерно-сапёрном училище, переведённом перед войной в Архангельск. Воевал на юге страны, потом на западе. Освобождал Кавказ, Донбасс, Крым. Имел ордена Красной Звезды и Отечественной войны. Погиб в феврале 1945 года.)

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.
Публикацию подготовил Сергей ДОМОРОЩЕНОВ