Архангелогородка Елена Полякова трижды покоряла Эльбрус

Четверть века занимающаяся альпинизмом северянка считает эти восхождения не более, чем тренировкой
С мужем Дмитрием на горе Бештау, Кавказ/Фото из архива Елены Поляковой

Ведущий сотрудник Федерального исследовательского центра комплексного изучения Арктики имени академика Н. П. Лавёрова Уральского отделения РАН Елена Полякова работает в лаборатории глубинного геологического строения и динамики литосферы. Готовится к защите докторской диссертации на тему «Цифровое моделирование рельефа в геоэкологических исследованиях севера Русской плиты». Чтобы отвлечься от насыщенной интеллектуальной деятельности, кандидат геолого-минералогических наук уходит в горы. А там, к слову, и земной рельеф как на ладони.

Математическая обработка рельефа — дело важное и перспективное. Данные дистанционного зондирования Земли, или, проще говоря, данные со спутников после соответствующей дешифровки позволяют учёным делать расчёты и прогнозировать развитие процессов, происходящих на земной поверхности. На эти данные опираются строители, нефтяники, геологи и другие специалисты. Скажем, вырубка леса на определённых участках при строительстве дороги может спровоцировать разрушение склона, а при разработке месторождений в «неположенном месте» могут вскрываться древние геологические структуры и начаться неконтролируемый вынос подземных газов на поверхность. Всё это можно рассчитать по цифровой модели рельефа.

– Елена, а ваше увлечение альпинизмом как‑то связано с научной деятельностью?

– Увлечение началось ещё в институте. Я окончила ПГУ, естественно-географический факультет, направление «Экология и биология». Геофак славится увлекающимися туризмом. Сплавлялись по речкам, ходили в лыжные походы в Хибины. Учёба закончилась, а увлечение переросло в альпинизм. Попробовала, понравилось, затянуло. И вот уже 25 лет хожу в горы.

На Эльбрус поднималась трижды, хотя была там чаще. Я рассматриваю Эльбрус как тренировку к более высоким горам. Организм не должен забывать, что такое высота, как нужно трудиться в горах. Это действительно труд, а не прогулка.

– А что может так тянуть в горы?

– Любопытство. И ещё восхождение — перезагрузка: ты отключаешься от всего земного, очищаешь свой мозг и сознание. С другой стороны — тяжело, поэтому организм начинает работать по‑другому. Включаются резервы, дающие внутренний задел на будущее. В горах ты узнаёшь свой предел, насколько ты себя можешь превзойти.

К тому же природа, горы всегда очень красивые. Горами любоваться всегда очень легко. Хотя, конечно, перед каждым восхождением делаешь страховку, дабы твои родные… тьфу-тьфу-тьфу.

– Чтобы покорять горные вершины, нужны какие‑то особые знания?

– Надо консультироваться, читать, смотреть, как это делается. Не надо изобретать какую‑то свою программу восхождения. Они все уже прописаны грамотными, опытными людьми. Надо чётко придерживаться программы акклиматизации, тогда организму будет легче. И, как говорят большие альпинисты: «70 процентов успеха — это твоя мотивация».

С мужем Дмитрием — подъем на Эльбрус, май 2021/Фото из архива Елены ПоляковойС мужем Дмитрием — подъем на Эльбрус, май 2021/Фото из архива Елены Поляковой

– Вы ходите в составе группы?

– Нет, сейчас мы ходим вдвоём с мужем. Он у меня электромонтёр, работает на Архангельском ЦБК. Дмитрий такой же любитель, как и я. Мы не состоим ни в каких клубах, не имеем никаких спортивных разрядов. Это просто увлечение, хобби. Помимо альпинизма мы занимаемся горными лыжами. В один год больше путешествий, в другой — меньше. Но ездим обязательно в горы, ни одного пассивного отпуска мы не провели: дача и грядки — это не наше.

– И кто кого потянул в горы?

– Я его, он прежде увлекался водным туризмом. На почве туризма и познакомились. В перспективе у нас пик Ленина на Памире, высота 7 134 метра. Он пока ещё остаётся непокорённым, хотя мы уже пытались туда подняться в 2019 году. Семитысячники — это серьёзный уровень. Пока моя самая большая высота — 6 100 метров.

– И что помешало покорить пик Ленина?

– Здоровье. Чем выше, тем более разряжённый воздух, высокое давление. Начинается горная болезнь: головные боли, тошнота, бессонница. Это лёгкая форма горной болезни. Нельзя просто так приехать и сразу взойти на высокую вершину: организм не позволит это сделать. Нужно адаптироваться.

Альпинисты называют это «пильчатой акклиматизацией»: заходишь на одну высоту — спускаешься, берёшь чуть выше — опять спускаешься, постепенно наращивая высоту.

Перед пиком Ленина мы прошли первый круг акклиматизации в базовом лагере, дошли до высоты 6100, а потом надо было вернуться на точку старта на 3 400 метров. И, может быть, мы бы и покорили пик, но я умудрилась отравиться: Киргизия, кони, коровы, молоко, яйца — отравиться довольно легко (смеётся).

В этом году хотели повторить попытку, но пандемия: много формальностей, карантин, на который не хочется тратить отпускное время. Поэтому пока отложили. Но всё равно надо попробовать взять семь тысяч. Если они мне дадутся, то можно будет замахнуться и на большую высоту.

С определённого момента счёт уже ведётся на метры. Приходится себя настраивать, чтобы пройти ещё 30 метров, каждый шаг даётся с трудом. Иногда приходится принимать лёгкие медицинские препараты. Опытные альпинисты говорят, не надо терпеть, если сильно болит голова. Витамин C — обязательно. А вот кофе на высоте пить не рекомендуют, чтобы не вызывать дополнительную нагрузку на сердце.

Перед восхождением я начинаю домашнюю подготовку — бегаю, плаваю в бассейне.

– Снежного человека в горах случайно не видели? Говорят, его наблюдают именно в горных системах.

– Нет (смеётся). Но легенд очень много слышала. Есть и другие страшилки, например, про чёрного альпиниста. На мой взгляд, это одно из проявлений горной болезни. Когда начинаются лёгкие галлюцинации, можно многое напридумывать.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.
Константин СВЕТЛОВ