Спортсменка и факелоносец двух Сочинских олимпиад:
«Мы зависим от тысячи незаметных мелочей»

24 августа 12:13 Из газеты
Фото автора
Фото автора

Наталью Ивановну Алексееву знают в Архангельске, в области, да и в России в целом. По образованию она – искусствовед, окончила институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина в Ленинграде. Сама рисует – участвовала во многих выставках.

Наталья Ивановна говорит: «Меня вырастил город, я его неотъемлемая часть. И я учусь у него жить каждый день». А ещё она – общественно активный человек, в частности, она почти никогда не пропускала выборы, считая, что такой шанс для перемен надо использовать.

О выборе – в широком смысле слова – мы сегодня говорим с Натальей Алексеевой – человеком с крепким жизненным стержнем. (Поскольку давно знакомы и часто общаемся, разговор у нас естественнее получается на «ты».)

– Наташа, если честно, ты на себе чувствуешь, что стало меняться общественное сознание в отношении инвалидов, а городская среда становится более удобной?

— Да, чувствую. Я сама принимала участие в двух проектах «Доступная городская среда». И к нашим советам прислушиваются. Но… Бывает и такое – построили пандусы, а двери открываются наружу. Зачем мне этот пандус, если я им не могу воспользоваться? Мне надо снова кого‑то просить, чтобы открыл и придержал дверь, или ждать, что кто‑то выйдет… А, знаешь, от чего я больше всего устаю? От того, что постоянно надо кого‑то о чем‑то просить: «Будьте любезны, будьте любезны...»

– Да, это очень понятно… Но, видишь, инфраструктуру для людей с инвалидностью создают физически здоровые люди, которые не учитывают вот таких важных нюансов. Давай сегодня о них скажем. И именно – под выборы. Пусть это будут наказы избирателя – то есть твои.

— Надо понять, что нас окружают тысячи мелочей, которые не заметны здоровым людям, но для нас они бывают непреодолимы. Например, сейчас делают желобки для слива воды поперёк тротуара…

– Кстати, краем глаза замечала, было, признаться, ощущение, что здесь что‑то не то…

— Но ты переступила и побежала дальше. А мне ходу нет. Надо объезжать. Иногда не можем проехать по тротуару потому, что там сплошные выбоины – их ощущаем и «пятой точкой», и зубами. А кругом стоят машины. Объезжать сзади опасно, не знаешь – вдруг какая‑то двинется с места. Выезжаю на проезжую часть и двигаюсь по встречной полосе с самого краю – так, чтобы меня видели. Однажды притормаживает большая красивая машина, опускается стекло. Человек, который за рулем, видит, что я в спортивной кепочке, маленькая, сижу наклонившись, и он, видимо, принимает меня за паренька-подростка. Кричит: «Куда прёшь? Если урод – сиди дома!» Я попыталась ответить, что по‑иному здесь мне никак не проехать, а он меня таким матом покрыл…

– Конечно, очень хочется кое-что сказать про уродов – увы, они встречаются. Но лучше поговорим про людей…

— Меня вырастил Архангельск, вырастила улица – в самом хорошем смысле слова. Недавно в Архангельске побывал немецкий путешественник на инвалидной коляске Кристиан Тифферт. Он рассказывал, что самое тяжелое для него было появиться на людях на коляске первый раз – ведь в недавнем прошлом он был здоровым, крепким морским офицером. Случайное падение с велосипеда – и жизнь полностью изменилась. А он ещё и полностью недвижим. Появиться впервые на людях в таком состоянии психологически очень сложно. И это мне так понятно. И как раз тут всё будет зависеть от людей и того, как они к тебе отнесутся.

– Этот путешественник как раз говорит, что обязательно надо идти к людям. Какие бы они ни были. Слышала, что ты в детстве была очень активная, в четыре года гоняла на коньках, выше всех прыгала по сараям, пока не стала проявляться болезнь… Как ты впервые сделала шаг к людям уже на коляске?

— Кстати, так совпало, что и эта история связана с выборами. Я как раз костыли поменяла на коляску, сидела в четырех стенах. Однажды пришел кандидат в депутаты – не помню, какие это были выборы – много времени прошло. Представился – Сергей Степанович Сорокоумов, председатель клуба любителей бега «Гандвик». Посмотрел на меня и говорит: «Ты чего сидишь взаперти? У нас будет марафон – старт на Красной пристани, выходи, посмотри. Не бойся!» В день марафона Паша, сосед снизу, на руках вынес меня из дома, посадил на коляску, отвез на Красную пристань. Сижу, смотрю – все крепкие, здоровые, бегут… А потом думаю – чего это я тут сижу? И тоже поехала на коляске – неприспособленной, домашней. Прошла свой первый километр! Меня так приняли – и спортсмены, и зрители! Потом я много раз проходила настоящий марафон, а клуб «Гандвик» стал родным. Вот почему я так люблю Архангельск, люблю людей…

– Выходит, что законы для поддержки инвалидов очень важны, но человеческие отношения играют не менее важную роль…

— Да, в нашей жизни человеческий фактор бывает определяющим. Для примера расскажу о такой ситуации. В очень сильный мороз я стояла на остановке на костылях. Подъехал «пазик», я кое-как зашла. Протягиваю деньги кондуктору, она недосчиталась рубля, видимо, выпал. Прошу довезти меня три остановки – очень устала и замерзла. Она так раскричалась! Остановила автобус и выгнала меня.

– Никто из пассажиров рубль доплатить не предложил?

— Нет, хотя слышали наш разговор. А этот рубль меня бы спас. Вернулась на остановку. Совсем замёрзла, жду следующего автобуса. Когда подъехал, сразу же сказала кондуктору, что не хватает рубля на билет, стала просить подвезти меня. И она так по‑доброму ко мне отнеслась! Денег вообще не взяла. Вот насколько мы зависим от других людей, их настроения, жизненных устоев.

– Кстати, а тебе приходилось ездить на новом автобусе, приспособленном для людей на колясках?

— Да! Расскажу. Я возвращалась с Сульфата, где участвовала в соревнованиях. Подошел «пазик», людей было много, я не поместилась вместе с коляской. Очень устала, вымоталась в тот день. Жду следующего. И вдруг – чудо, едет новенькая «десятка». Но думаю – возьмет или нет? У них же там график, а с нами – заминка. Вижу, что водитель заметил меня в зеркало, вышел, также вышла и кондуктор. Водитель настроил приспособления, меня закатили в автобус, пристегнули. При этом они всё время со мной разговаривали, улыбались, спрашивали – удобно ли мне, а также – где выхожу. И я не выдержала – расплакалась. Ничего не могу поделать – слёзы сами катятся. Меня спрашивают: «Чего вы плачете?» Отвечаю, что не привыкли мы к такому обращению и вниманию, вот психика и не выдержала. Я ещё и дома потом не могла успокоиться…

– Наташа, я уверена, что когда тебя, человека на костылях, кондуктор вытолкала на мороз, ты не плакала и психика это дело выдержала...

— Да, потому что изначально мы настроены на борьбу. Отвыкнуть никак не можем!

– Хорошо бы уже потихоньку отвыкать…

— Правда – сознание у людей меняется в отношении нас, инвалидов. Сейчас чаще предлагают помощь. И вот этот случай с большим автобусом, где такие заботливые водитель и кондуктор меня и вовсе растрогал…

– Если продолжить тему передвижения по городу. Ведь есть ещё такси для инвалидов. Им удобно пользоваться?

— Удобно, но есть момент – его надо заказывать за неделю. А представляешь какое у нас здоровье? Сегодня настроился куда‑то поехать, заказал, а потом слег. Неделя – это очень большой срок!

– Наташа, а ты можешь на коляске зайти в кафе?

— Нет! В городе нет ни одного кафе, куда можно зайти на коляске. Как‑то очень захотелось выпить чаю и перекусить, вынуждена была коляску оставить и зайти на костылях.

– Как встретил персонал?

— Никак, они ведь заняты, а посетители помогли.

– Давай сформулируем наказ будущим депутатам. Наверное так – принимая законы о создании жизненной среды для инвалидов, посмотрите на окружающий мир их глазами, замечая все тысячи мелочей, которые им мешают жить.

— А ещё бы я добавила – примите закон о детях войны. Нас уже не так много. Среди нас есть одинокие, которым надо просто внимание. А многие в войну работали наравне со взрослыми. Я поняла, что такое настоящее милосердие, когда в госпитале, где лечились раненые фронтовики, мне сделали операцию по удалению гланд. Потом я целый год ходила вместе с мамой в этот госпиталь – меня там встречали как родную. Я напоминала кому‑то маленькую дочку, кому‑то – внучку. И это помогало им выздоравливать. Когда я вижу жестокость – не могу её объяснить. Это так ранит! На встрече с патриархом Кириллом, которая проходила несколько лет назад у нас в драмтеатре, я спросила – почему так много жестокости в мире? Он ответил, что и его волнует этот вопрос, и он самый сложный.

– Ты ведь сама делаешь всё, чтобы добра было больше. И это главный путь. Важно, чтобы как можно больше людей им шло…

— Иногда, признаюсь, накипит в душе… И сейчас, коль говорим о выборах, думаю, бывает – идти голосовать, не идти? Но к людям идти надо! В том числе, и к тем, у которых власть. Среди них есть совестливые, порядочные. Надо присмотреться и выбрать, чтобы хотя бы было к кому обратиться в случае необходимости.

– А ты когда‑нибудь за помощью обращалась к какому‑нибудь депутату?

— Тоже расскажу историю. В прошлом августе я попала в больницу с переломами таза. Лежу, не вставая. А в сентябре звонок из приюта – брат Николай умер, он был там потому, что я лежала в больнице. Что делать?! У нас с ним никого из родных! Такая беда. И тут я сразу вспомнила Виталия Сергеевича Фортыгина и позвонила ему…

– Давай я сделаю небольшое отступление и несколько слов скажу о твоем брате Николае Ивановиче Алексееве – кто не знает, его родители удочерили маленькую Наташу в 1941 году. Как герои фильма «В бой идут одни «старики», Николай Алексеев окончил курсы летчиков «взлёт – посадка». В первом воздушном бою над Волгой был сбит. К счастью, приземлился на стороне своих. Войну продолжил авиатехником… Ветеран, фронтовик!

— Его ведь похоронили со всеми воинскими почестями— с почетным караулом, маршем и салютом. Всё время звучали песни времен Великой Отечественной войны. Мне рассказывали, как все было уважительно и душевно. Всё Виталий Сергеевич организовал, сам тоже пришел проститься, а потом ещё развозил ветеранов по домам. Я уже не раз к нему обращалась за помощью. Это для меня самый надёжный путь получить поддержку. Так что мне без своего депутата никак…

– А волонтёры свою помощь предлагали?

— Предлагали. Но я пока отказываюсь. У нас в доме появились свои «волонтёры» – внизу открылась коммерческая компания – там такие хорошие ребята работают. Возвращаюсь домой, они и коляску поднимут, и продукты, а я сама потихоньку поднимаюсь. Они не только мне – всем кому надо помогают… Такие доброжелательные.

– Они ещё не знают, что оказались волонтёрами…

— Как ни назови – прекрасные ребята, при том молодые. Это тоже к тому, что изменения есть!

– Трудно представить, как ты поднимаешься на четвёртый этаж – а в вашем доме такие высокие пролёты…

— Конечно, трудно – хотя бы вторые перила поставили, было бы проще. Очень важно, чтобы сейчас в новых домах думали об удобстве инвалидов, а также пожилых людей и мамочек с колясками. А таких жильцов много в каждом доме. Считай, что это ещё один мой наказ. И кстати, если инвалидная коляска сломается, её не починить – в городе нет ни одной мастерской.

– А голосовать тебе удобно? Сейчас много говорят о том, чтобы создать все условия для голосования тем, у кого есть проблемы со здоровьем.

— Мой избирательный участок во Дворце пионеров. Это близко к дому, мне удобно. Но чтобы проголосовать, надо подняться наверх. Сверху за порядком наблюдает сотрудник, но он никому не помогает. Видимо, это не входит в его обязанности. К примеру, на президентских выборах как раз со мной пришел слепой парень вместе с дедушкой – им обоим нужна была помощь. Уже когда подошла к столу, меня очень приветливо встретили, сказали, что надо было позвонить – приехали бы или помогли здесь. Но не хочется никого лишний раз просить. Поэтому хочу предложить, чтобы на выборах в областное Собрание, которые пройдут 9 сентября, хотя бы один стол для голосования с кабинкой и урной поставили внизу, или чтобы дежурили волонтёры, которые помогали бы нам подняться. А выборы считаю важным событием, их надо использовать для того, чтобы изменить свою жизнь. Ведь ничего без усилий не бывает. Я‑то знаю…

Светлана ЛОЙЧЕНКО

Общество

16 ноября

Оно стреляет!

15 ноября

Татья­на Чер­ниг­ов­ская про­чита­ет в Архан­гель­ске откры­тые лек­ции о фено­мене соз­на­ния, мозге и музыке

15 ноября

В кон­курсе «Помор­ский папа» при­мут учас­тие более 60 семей

15 ноября

Умный ост­ров Кего

14 ноября

Архан­гель­ских школь­ни­ков приг­лаша­ют выбрать «Про­фес­си­ональ­ную траек­то­рию»

14 ноября

Выплату моло­дым мате­рям Архан­гель­ской области про­длили до 2021 года

14 ноября

Областные депу­таты при­няли закон­оп­ро­ект, запреща­ющий про­дажу элект­ро­нных сига­рет несо­вер­шенно­лет­ним

14 ноября

«Нет тало­нов к док­тору? Это не про­блема пациента»

14 ноября

Архан­гело­гор­од­цы органи­зо­ва­ли пети­цию, чтобы сох­ранить ста­рин­ную брус­чатку в Пет­ровс­ком сквере

14 ноября

О кот­ей­ках, хол­щовых сум­ках и доб­ром деле

13 ноября

Све­жий номер «Прав­ды Севе­ра» выхо­дит 14 ноября

13 ноября

Пен­си­он­ный фонд сок­ра­тил срок оформ­ле­ния сер­тифи­ката на мате­рин­ский капитал

13 ноября

За пере­име­но­ва­ние аэро­пор­та «Архан­гельск» про­голо­со­ва­ло 20 тысяч жите­лей области

13 ноября

Жите­лей Архан­гель­ской области приг­лаша­ют про­верить свои зна­ния по исто­рии страны

13 ноября

«Мы бла­год­ар­нос­тей не ждём»

Похожие материалы

15 ноября Общество

Умный ост­ров Кего

14 ноября Общество

«Нет тало­нов к док­тору? Это не про­блема пациента»

14 ноября Общество

О кот­ей­ках, хол­щовых сум­ках и доб­ром деле

13 ноября Общество

Све­жий номер «Прав­ды Севе­ра» выхо­дит 14 ноября

13 ноября Общество

«Мы бла­год­ар­нос­тей не ждём»

10 ноября Общество

«Спе­шить кате­гори­чес­ки нельзя»

9 ноября Общество

«Вни­ма­ние! Бабуш­ка из Мызы вышла на связь…»

8 ноября Общество

В Архан­гель­ске полуфи­нал­ис­ты кон­курса «Умник» предс­та­вили свои раз­раб­от­ки

8 ноября Общество

Конош­ский район, Кли­мов­ская шко­ла: дирек­тор возв­ра­ща­ет­ся

7 ноября Общество

«Он тихий такой… Увлека­ет­ся толь­ко интерне­том»

31 октября Общество

Как север­ной бабуш­ке пред­ложи­ли пере­нес­ти мед­карту в облако

29 октября Общество

В Архан­гель­ске появи­лись новые воз­мож­нос­ти по под­счёту деревьев