Папа – на фронте, мисочка – на окошке

20 ноября 2019 17:18 Из газеты
На фотографии, сделанной перед самой войной – Алевтина Васильевна с младшей сестрёнкой, их мама, папа и крёстная
На фотографии, сделанной перед самой войной – Алевтина Васильевна с младшей сестрёнкой, их мама, папа и крёстная

О детях войны, которые по‑другому не могут

Алевтина Васильевна Киселёва сорок лет отработала терапевтом в архангельской больнице имени Семашко, а последние двадцать лет ещё преподавала в мединституте. На пенсии о достижениях в сфере медицины она узнаёт из интернета, зарегистрирована в «ВКонтакте», подписана на несколько медицинских пабликов. У неё не забалуешь – она даёт советы по телефону друзьям, лечит знакомых и родственников или рекомендует, к какому врачу им Алевтина Киселёваследует обратиться. А ещё рассказывает истории про жизнь. Её слушаются и её слушают…

Граждане, воздушная тревога!

— Помню, как мама водила меня в детский садик в Вытегре, в районном центре, это Вологодская область. Нам очень нравилось: детские игры, ёлки, праздники, летом – купания в ваннах. А потом началась война. Мне было пять лет. И наш папа собрался на фронт.

А мама решила, что нам всем надо сфотографироваться – на память. И вот на этой единственной сохранившейся фотографии мы с младшей сестрёнкой, мама, папа и наша бабушка – мамина крёстная. Кстати, крёстная до советской власти была, как сейчас говорят, «крутая»: у неё был огород, лошади, несколько коров, а какие наряды! Её всё хотели раскулачить и отправить в Сибирь, но мама была комсомольская активистка и смогла ей помочь. Так она у нас и прожила всю жизнь.

Мы жили недалеко от железнодорожной станции Бабаево. Мама работала счетоводом. А мы оставались с бабушкой. Всё время хотелось есть, у нас была одна маленькая козочка, мама её доила и младшей сестрёнке в такой маленькой чашечке один раз в день давала молоко. Бабушка слегла, и я слегла, только сестрёнка и могла ходить.

Немцы стали приближаться к Бабаево, были слышны выстрелы зениток. Радио мне казалось чёрной картонной тарелкой, и из этой тарелки постоянно звучало: «Граждане, воздушная тревога. Граждане, воздушная тревога». Нас всех куда‑то уносили, мы прятались. А потом очень был напряжённый момент, когда стали говорить, что детей будут эвакуировать, раз немцы приближаются. Только детей, без взрослых. Мама, конечно, беспокоилась – куда, кого, как? И помню, в дорогу сшила нам такие комбинезончики с завязочками. Нас с сестрой посадили на стол, дали узелки с одеждой и ждали, что вот-вот подойдёт за нами машина. И почему‑то, слава Богу, в последний миг отменили эту поездку. Все обрадовались.

Валенки стучат

Начались бомбёжки, во время одной нас всех под мост загнали, и бабушка потеряла сознание прямо там, под мостом. А мы‑то маленькие, не знали, что делать. Но, помню, она очнулась быстро. Голод надвигался, мы все страшно худели, бабушка никакая была, и я тоже: ручки-ножки-палочки и большая голова на тонкой шее.

Пришла весна. Мама ходила на работу, и я её однажды попросила – поднеси меня к окошечку, хочу посмотреть на улицу. Она придумала – рядом с подоконником поставила стол, на стол – матрас. Я лежу, открываю половину окошка и смотрю. По деревянным мосткам мимо нашего дома ходили солдаты. Всё растаяло, слякотно, мокро, и только мостки более-менее сухие. Раздаётся стук. Это солдаты в серо-коричневых валенках, а к валенкам привязаны такие специальные деревяшки, чтобы ноги сильно не промокали. Взвод человек пятнадцать идёт с котелками за едой.

Однажды они обратили на меня внимание, окно же прямо рядом с мостками, и спросили:

– Ты, девочка, чего тут лежишь?
– У меня ножки не ходят.
– Почему не ходят?
– У нас еды нет.
– А где твой папа?
– Папа на фронте.

И они сказали: «Передай маме, чтобы она оставляла твою мисочку на окошке». Я маме сказала… И каждый раз, проходя мимо нашего окошка, каждый из них стал класть по ложке каши мне в эту мисочку… Я слышала стук валенок и понимала, значит, сейчас будет каша…

В деревню, к тётке, в глушь

Папины родители жили в деревне, однажды приехала к нам папина сестра и испугалась, увидев меня. Говорит – девку‑то потеряем! Посадили меня в телегу и повезли в деревню, за пятьдесят километров от нас. Сейчас очень странно, но запомнилось… Лесная дорога, периодически появляются какие‑то одинаковые дома, все на один лад. Я даже спросила: «А почему мы вокруг одного и того же дома‑то ездим?»

Ладно, приехали. Посадили меня на скамейку. Сбежалась вся деревня – и дети и взрослые – на такое чудо с тоненькими ручками и ножками посмотреть. Сижу. Кто‑то плачет, кто‑то удивляется. А у дедушки была дочь Зоя, то есть моя тётя, но старше меня всего на три года, она в Питере живёт, общаемся до сих пор. Она и стала моей подружкой.

Люди с деревни каждый день что‑то приносили. То творожку, то молока с пенкой, то яички. Вся деревня меня и кормила. На лужайке дети собираются. А Зоя меня на плечи и везёт на эту лужайку, и там сидим, играем. Я уже хоть как‑то могла сидеть! А как рассоримся с ней, она говорит: «Вот и сиди тут, я тебя не понесу домой!» А потом и помиримся. Я так прожила год – от лета до лета.

Счастье – ранение

Наконец мама приехала из районного центра посмотреть на меня. А я к столу первая подошла! Дед смеётся: «Бабка, бабка, посмотри, внучка‑то сама пришла!» А я уже и на одной ноге скакала и чего только не делала. Мама заплакала.

За год до конца войны она тоже переехала в деревню. Уже более-менее нормально стали жить, не голодали. Обрабатывали землю, сеяли… Но с одеждой и обувью плохо было. В школу дети ходили через озеро, которое замерзало. Как сейчас помню одного мальчика… На озере уже лёд, снег, и он бежит, бежит босиком! Шапку бросит, постоит в ней немного, ноги погреет и дальше бежит…

Однажды мама приходит и говорит нашей бабушке: «Крёстная, счастье‑то какое!» Что случилось? Мама объясняет – да Васю ранило на войне, домой едет. Представляете, как оно было – ранило, и это хорошо – домой ведь едет!

Он вернулся вечером, все ревут от счастья. А у него на всю руку гипс, толстый такой. Я думаю, что у него с рукой‑то такое? Откуда детям про гипс знать? В тот же вечер мама с папой пошли в гости к дедушке, а мы остались. Гипс‑то сняли, он лежал на повети. И мы, дети, бегали и друг друга стращали – посмотрите‑ка, чудовище какое, откуда взялось…

На сером коне в яблоках

Ну а потом отец стал работать, и война закончилась. Этот момент я тоже очень хорошо помню. Мой дядя, папин брат, был председателем сельского совета в центральной деревне, Погост называлась. В День Победы они звали всех на улицу, гармони играли. А дядя организовал что‑то вроде трибуны, нарезал красные флаги из ткани. И на сером коне в яблоках выезжал с подгорья! И все кричат: «Ура-а-а-а!!!» Молодёжь вечером устроила танцы, пляшут, радуются…

У нас был очень хороший директор школы, фронтовик, с орденом Красной Звезды. Сын священника, такой эрудит! Даже ребёнком я смогла оценить. У него в кабинете был большой радиоприёмник – там мы и слушали музыку.

И я всё думаю – сталинские времена… Отношусь ко всему без негатива. Просто не могу по‑другому. Потому что я  –из глухой деревни – окончила школу, медицинское училище в Петрозаводске, потом медицинский институт в Ленинграде. Сорок лет врачебной практики, муж, сын, внуки. Не на что жаловаться. Такая вот дорога жизни…

Записала Ирина ЖУРАВЛЁВА

Общество

26 ноября

Под­веде­ны итоги регио­наль­ного кон­курса-квес­та по финан­со­вой гра­мот­ности

26 ноября

В Архан­гель­ске, Севе­род­винске, Новод­винске и Кот­ласе начи­на­ет рабо­ту "Поляр­ный десант"

26 ноября

Роди­те­лям млад­ших школь­ни­ков Поморья пред­лага­ют оце­нить качес­тво горя­чего питания

26 ноября

В Архан­гель­ском теат­ре драмы появил­ся гусе­нич­ный подъемник

25 ноября

Неза­виси­мые экоак­тив­ис­ты про­вели иссле­до­ва­ние мусо­ра по побер­ежью Онежс­ко­го полуос­тро­ва

25 ноября

В Архан­гель­ской области стар­ту­ет акция «Вос­пита­ние с понима­ни­ем»

24 ноября

Алек­сандр Цыбуль­ский пред­ло­жил возоб­новить рабо­ту мед­пункта в Цигломени

23 ноября

Пре­зи­дент РФ отме­тил почёт­ной гра­мо­той фель­дшера Ильин­ской больницы

23 ноября

Кот­лош­ан­ка Наталья Шари­на вошла в сотню луч­ших педа­го­гов России

23 ноября

Более 150 при­зыв­ни­ков из Архан­гель­ской области отпра­вились слу­жить на Балтику

23 ноября

В Архан­гель­скую область посту­пят лекар­ства от коро­нави­руса, приоб­рет­ён­ные за счёт феде­раль­ного бюджета

22 ноября

В Архан­гель­ске откры­ли верфь и заложи­ли помор­скую шхуну

21 ноября

За послед­ние сутки в Архан­гель­ской области выяв­лены 345 новых слу­ча­ев COVID-19

20 ноября

Низ­кий пинг и искусст­вен­ный интеллект: «Рос­теле­ком» и Huawei предс­та­вля­ют роу­тер «Игров­ой», заточ­ен­ный спе­циаль­но под геймеров

20 ноября

В боль­ницы Архан­гель­ска и Кот­ласа поступи­ли сов­рем­ен­ные кис­лор­од­ные станции

Похожие материалы

20 ноября Общество

Татья­на Лавё­рова: «За всеми дос­тиже­ни­ями папы стоял гро­мад­ный труд»

18 ноября Общество

Свет­лая память кол­леге и другу – Татья­не Шаховой

18 ноября Общество

В Санкт-Пет­ер­бурге про­шла науч­ная кон­фер­ен­ция «Антони­ево-Сий­ский монас­тырь: сох­ран­ён­ные святыни»

18 ноября Общество

Репор­таж из оче­реди в обыч­ную полик­лини­ку: «Выхо­дит мед­сестра и назы­ва­ет четы­ре фамилии…»

17 ноября Общество

Све­жий номер «Прав­ды Севе­ра» выхо­дит 18 ноября

14 ноября Общество

Семья Мои­се­евых: «Нам отрем­он­тиро­вали козырёк…»

13 ноября Общество

Беседа с пси­хо­ло­гом: «Не хуже, чем у других…»

12 ноября Общество

В Архан­гель­ске появи­лась уни­каль­ная «горя­чая линия»

11 ноября Общество

Вет­врач о своей про­фес­сии: «Зубы показы­вать толь­ко для осмотра»

11 ноября Общество

Завер­шился приём заявок от пре­тен­дент­ов на наг­раду «Дос­то­яние Севера»

10 ноября Общество

Све­жий номер «Прав­ды Севе­ра» выхо­дит 11 ноября

10 ноября Общество

Юрий Бараш­ков и Нико­лай Чес­но­ков высказа­лись по поводу спор­ной книги

6 ноября Общество

После выступле­ния «Прав­ды Севе­ра» воз­буди­ли уго­лов­ное дело в отноше­нии управля­ющих компаний