Вернуть лицо. Теперь архангельским онкологам это под силу

6 декабря 16:21 Из газеты Здоровье
Вернуть лицо. Теперь архангельским онкологам это под силу
Вернуть лицо. Теперь архангельским онкологам это под силу

Ещё 10–15 лет назад реконструктивные операции онкологическим больным называли «нелегальной хирургией»

Из человека снова сделать человека

Пластика считалась не обязательной: мол, жизнь спасли – и слава Богу. В Архангельском онкодиспансере реконструктивные операции делают с 2013‑го. По собственной инициативе, ради собственного роста и за счёт собственных ресурсов – федеральных квот на такие операции нет.

Сейчас к выписке готовится пациентка, которая прошла длинный и крайне тяжёлый – не только физически, но и морально – путь к выздоровлению. Она поступила в диспансер со злокачественной опухолью верхней челюсти. Оперативно пришлось удалять часть челюсти, целиком – твёрдое нёбо, глазное яблоко, всю щёку – пол-лица. Потом были химиотерапия, лучевая терапия и больше года ожидания – не случится ли рецидив. Онкология коварна. В этот раз с ней удалось справиться.

Но, как говорят в третьей хирургии (это отделение опухолей головы и шеи диспансера, где оперировали женщину), «просто ампутационная операция – вчерашний век в онкологии». Заведующий отделением Михаил Верещагин цитирует коллегу из Самарского онкодиспансера, одного из своих наставников, Виктора Ивановича Письменного: «Если ты из человека не можешь снова сделать человека, если у тебя пациент после операции не может дышать, глотать, нормально выглядеть – вообще этим не занимайся». То есть врачи давно понимали, как это мало в челюстно-лицевой хирургии – просто спасти жизнь. Людям предстояло как‑то жить с пугающими других людей уродствами.

О возможностях реконструктивной хирургии мечтал ещё бывший заведующий отделением Владимир Копылов. На самом деле операции по восстановлению делались и раньше. Но до 2012 года всё упиралось в отсутствие в диспансере операционного микроскопа – он появился только в новом оперблоке. И тогда же специализацию по микрососудистой хирургии в ГМУ имени Павлова в Санкт-Петербурге прошёл доктор Дмитрий Лутков. Так появилась возможность выполнять пластику послеоперационных дефектов на уровне мировых стандартов.

За четыре года в отделении сделано более 20 реконструктивных операций. И до сих пор ежегодно диспансер проводит мастер-классы с привлечением специалистов по реконструктивной хирургии. Этот опыт и позволил хирургам в буквальном смысле слова вернуть лицо нынешней пациентке. Жить с обширным послеоперационным дефектом было невозможно не только с эстетической точки зрения – женщину мучили проблемы с дыханием, питанием (еда попадала в полость носа), речью. Поэтому через год после удаления опухоли пациентку взяли на реконструктивную операцию.

Для формирования челюсти и твёрдого нёба подошёл угол лопатки. Для щеки – мышцы и кожа спины. Это сделали ещё весной. А 23 ноября височным лоскутом хирурги сформировали дно глазницы и скорректировали послеоперационный рубец.

Преображение не закончено. Впереди ещё – протезирование глаза – это уже предстоит делать офтальмологам, восстановление зубного ряда на новой челюсти – работа для стоматологов-ортопедов. Понятно, что предоставить говорящие фото «до» и «после» невозможно: вряд ли кто‑то согласится позировать перед объективом с зияющей дырой в пол-лица. А без тех «до» не оценить что сейчас. Поэтому просто поверьте главному врачу диспансера Александре Панкратьевой: «Я поражена результатом».

Я тоже видела снимки больных до и после. Видела нынешнюю пациентку. Могу сказать одно: пластическая хирургия была бы счастлива иметь в своих рядах таких специалистов как Лутков или Верещагин.

«Без риска отторжения»

Всех остальных, полагаю, больше интересует, как можно вырастить рак на лице? И что потом могут сделать хирурги? Об этом мы и поговорили с Михаилом Верещагиным.

– Михаил Юрьевич, онкологи всё время твердят: коварство рака в том, что он долго не болит. Но если он «уселся» на носу и сидит там и месяц, и два – неужели дискомфорта не вызывает? Чисто эстетически даже…

— Рак органов головы-шеи не зря считается болезнью социальной: он чаще встречается у пьющих и курящих. Сигареты и спиртное оказывают прямое негативное воздействие на организм. Да, опухоль на лице видно. Но если человек уже спился, ему явно не до болячек, пусть и на самом видном месте.

Кроме того, самое страшное в жизни – это страх. Типичный ответ на вопрос «почему не пришёл раньше?» – «боялся», «думал, само пройдёт». Так люди не решают проблему, а бегут от неё. К нам попадают, когда при сильных болях уже не помогают препараты, которые можно купить в аптеке. Когда происходит нарушение каких‑то функций – пациент не может дышать, глотать, говорить, открывается кровотечение.

– То есть ваши пациенты сплошь асоциальны?

— Нет, конечно. Болеют и обычные люди, которые чуть что заметят, – идут, обследуются. Причина появления рака неизвестна. Человек может не пить, не курить, жить в вполне благоприятной среде и заболеть. Есть ведь и наследственная, иммунная, вирусная теории возникновения рака.

– Наверное, стоит объяснить, что относится к «опухолям головы и шеи».

— Это могут быть новообразования кожи лица, челюстей, губ, слюнных желез, слизистой оболочки полости рта, опухоли языка, глотки, шейного отдела пищевода, гортани, опухоли носовой полости. Раковые опухоли головы и шеи часто распространяются на лимфатические узлы шеи, и это бывает первым, а иногда и единственным проявлением болезни на момент постановки диагноза. Все злокачественные опухоли головы-шеи лечатся у нас. Альтернативы отделению в области нет. Мы не занимаемся только головным и спинным мозгом – это делают нейрохирурги областной и Первой городской больниц.

– Что отличает онкологические операции на лице от всех остальных?

— Большинство новообразований, с которыми мы имеем дело, нужно убирать оперативно. А операции в онкологии большие. Но одно дело – убрать целиком желудок или весь толстый кишечник. Внешне это не будет заметно, хотя качество жизни значительно ухудшится. И совсем другое – убрать пациенту ухо или нос. Слышать или дышать он будет, функция останется. Но человек перестанет себя чувствовать полноценным. Его социальная функция будет нарушена. Поэтому удаление новообразований органов головы-шеи требуют дополнительных пластических операций.

– Чем особенны такие операции?

— Есть несколько вариантов пластики послеоперационных дефектов. Самый простой – местными тканями. Грубо говоря, опухоль вырезали, рану зашили. Например, вот этому пациенту (показывает снимки) новую губу сделали из щеки. Второй вариант – пластика свободным кожным лоскутом. Вопрос только в том, где его взять – свободный лоскут? Если говорить об операции на передней брюшной стенке, там много мягких тканей, много кожи. А на лице сантиметр вправо – нижнее веко, сантиметр влево – нос. Чуть выше – ухо, чуть ниже – губа.

То есть даже для небольшого по площади послеоперационного дефекта кожу для пластики взять неоткуда. Например, чтобы закрыть большой дефект в пол-лба, брали кожу с живота. Это просто и быстро. Но, к сожалению, велик риск отторжения. Лоскут для пересадки теряет питание от материнского ложа, и пересадка может закончиться некрозом тканей. Поэтому гораздо эффективнее взять лоскут на питающей ножке, – например, с большой грудной мышцы, и через тоннель (под кожей) пропихнуть его к месту, которое требуется лоскутом закрыть. Допустим, на шее. Но и первый, и второй варианты – устаревшие методы.

Современный подход – микрососудистая хирургия. Когда мы не просто берём кожно-мышечный лоскут, а берём его вместе с сосудом и «включаем» всё это в месте дефекта. Риск отторжения – минимальный. Вот, например, (показывает снимки), опухоль разрушила язык и дно полости рта. Мы взяли мягкие ткани предплечья – с кожей, мышцей, сосудами. И переместили к послеоперационному дефекту, а лоскут подключили к шейным сосудам.

– Можно сделать и новый язык?!

— Можно. Главное, чтобы сохранилась его иннервация. Если сохранена половина языка, то сохранится и вкус. Кстати, раком полости рта страдают больше мужчины. К травмирующим факторам, кроме курения и алкоголя, относятся и острая, горячая пища, острые края зуба, плохо подогнанные зубные протезы. Сам пациент может долго ничего не замечать во рту. Только на кончике языка увидеть опухоль легко. А она, как правило, локализуется в задней трети языка. И эти отделы доступны лишь при тщательном осмотре стоматологом. Вот вас когда последний раз за язык тянули? Не помните? То есть при низкой медицинской грамотности населения у нас ещё и низкая онконастороженность врачей. Ведь чтобы выявить опухоль в области головы-шеи, которая в 90 процентов случаев – наружной локализации, нужно просто взять и посмотреть. А некоторые стоматологи сужают проблему до зуба.

– А вы, получается, расширяете свои обязанности до пластической хирургии?

— Пластическая хирургия – это всё‑таки красота. Когда одно ухо больше, чем другое, и это надо исправить. А мы занимаемся и внешним видом, и функциональной хирургией. Но раз уж оперируем на лице, то, естественно, обязаны в совершенстве владеть основами пластической хирургии. Я – челюстно-лицевой хирург, Дмитрий Викторович по первому образованию – общий хирург, наша коллега – Елизавета Сергеевна Плешкова – лор-врач.

– Михаил Юрьевич, вы показали на снимках пациентов с серьёзными опухолями. Как я поняла, у всех – запущенные стадии. А это – неблагоприятный прогноз. Но вы всё равно делаете реконструктивные операции?

— Если пациент прооперирован радикально, опухоль удалена целиком, мы не говорим и не думаем, что он умрёт. Жизнь человека продляется в любом случае. И она должна быть полноценной.

Пока мы сделали не больше двадцати сложных операций, хотя потребность в них больше. Но каждая длится восемь-десять часов. Первый этап – удаление образования. Второй – забор лоскута. Третий – собственно пластика. В центральных регионах на таких операциях работают две-три бригады, чего мы себе позволить не можем. Можно уйти на весь день в операционную, но 35 пациентов в отделении и амбулаторный приём тоже никто не отменял. Так что это нереально даже чисто физически.

****

данные

С первой стадией рака в отделение опухолей головы и шеи онкодиспансера поступает около 28 процентов пациентов. Почти 18 процентов – со второй, около 40 – с третьей, и 14 процентов – с четвёртой. То есть половина больных (40+14 процентов) – с запущенными формами рака с неблагоприятным прогнозом

Это соотношение подтверждается и мировой статистикой: ежегодно в мире регистрируется свыше 500 000 новых случаев злокачественных опухолей головы и шеи. Более 270 000 больных умирают.

Это тем более обидно, что видимое – на лице, а не где‑нибудь в глубинах организма (!) новообразование любой человек способен разглядеть без помощи врача, лупы, микроскопа.

****************

новости

В Виноградовском районе прошла благотворительная акция «Экипаж милосердия»

Её организатором выступила районная администрация при содействии регионального отделения Всероссийского общества православных врачей (ОПВ).

В составе «Экипажа» в район приехали настоятель Свято-Троицкого храма, руководитель отдела медико-социального служения и благотворительности протоиерей Алексей Денисов; доцент кафедры психиатрии и клинической психологии Евгения Щукина; гастроэнтеролог, доцент кафедры педиатрии Галина Смирнова; врач-невролог областной клинической больницы Алина Порошина; директор музейного комплекса СГМУ Анна Андреева; медицинская сестра учебно-методического кабинета Архангельского онкодиспансера Татьяна Барабанова.

Специалисты провели консультации в детской поликлинике, встречались со школьниками, участвовали в «круглом столе» по истории медицины. Татьяна Барабанова в Первомайском доме культуры и Пяндском клубе провела беседы о профилактике рака молочной железы. На встречах женщины смогли не только узнать, но и увидеть, какие существуют методы и приёмы самообследования, могли тут же попробовать применить их на практике – воспользовавшись манекеном.

Мастер-класс по реконструктивной хирургии

Хирург Владимир Ивашков с главным врачом диспансера Александрой ПанкратьевойВладимир Ивашков, научный сотрудник отделения реконструктивной и пластической хирургии РОНЦ имени Блохина, кандидат медицинских наук провёл операцию в Архангельском онкодиспансере

Весной этого года он уже проводил в Архангельске мастер-класс по реконструктивной хирургии молочной железы. На этот раз хирурги выполнили сложную микрохирургическую реконструкцию молочной железы реваскуляризированным DIEP-лоскутом. Это одна из современных методик восстановления груди пациенткам, перенёсшим мастэктомию, за счёт собственных тканей. Преимущества метода: менее выражена послеоперационная боль, восстановительный период протекает легче.

На этот раз пациенткой доктора Ивашкова стала жительница Вельского района. В прошлом году у неё был диагностирован рак молочной железы, проведена операция по удалению груди, а теперь – и по восстановлению. Возможность наблюдать за ходом операции получили заинтересованные сотрудники диспансера, а также ординаторы ряда кафедр СГМУ.

С сентября в диспансере проводятся операции с одномоментным восстановлением молочной железы после мастэктомии: молочная железа восстанавливается сразу после удаления – за счёт собственных тканей пациентки и силиконового протеза. Этот метод также имеет свои преимущества и недостатки, показания и противопоказания.

То есть подходы могут быть разные – в зависимости от индивидуальных особенностей пациенток. И освоение каждой новой современной методики расширяет круг тех, кому можно помочь.

Елена МАЛЫШЕВА. Фото предоставлено онкодиспансером

Из жизни

12 декабря

Офор­мить под­пис­ку на «Прав­ду Севе­ра» теперь можно в Сбербанке

12 декабря

Закан­чива­ет­ся прием работ на кон­курс «Флаг земли Архан­гель­ской»

12 декабря

Пер­вый уро­жай зеле­ного лука сняли в вель­ской колонии

12 декабря

Меди­цин­ский каби­нет для пожилых паци­ен­тов откро­ет­ся в севе­род­винс­кой больнице

12 декабря

Погода пре­пятству­ет откры­тию ледо­вых пере­прав в Архан­гель­ской области

12 декабря

В боль­шинстве райо­нов Архан­гель­ской области ожи­да­ет­ся снег

11 декабря

В ночь с 12 на 13 декаб­ря в Архан­гель­ске будет пониже­но дав­ле­ние в водоп­рово­де

11 декабря

Исто­рия «Прав­ды Севе­ра» в одной фотог­ра­фии. Про­фес­сор лес­ных дел

11 декабря

Архан­гель­ские уче­ные раск­ры­ли загад­ку гиган­тск­их мол­люск­ов из реки Енисей

11 декабря

На набе­реж­ной Север­ной Двины в Архан­гель­ске нача­лось стро­итель­ство глав­ной ледо­вой горки

11 декабря

В 2018 году в Севе­род­винске бла­го­ус­троят восемь дворов

11 декабря

В Архан­гель­ской области будет снеж­но и ветрено

10 декабря

В Архан­гель­ской области ожи­да­ет­ся облач­ная погода

9 декабря

Про­гноз по ледо­об­разо­ва­нию в устье Север­ной Двины оправ­дал­ся через месяц

9 декабря

В Кено­зер­ском наци­ональ­ном парке в этом году овсом для мед­ве­дей были засея­ны три­над­цать полей

Похожие материалы

11 декабря Из жизни

Исто­рия «Прав­ды Севе­ра» в одной фотог­ра­фии. Про­фес­сор лес­ных дел

8 декабря Из жизни

Архан­гель­ский пен­си­онер при­шёл в мага­зин за теле­фо­ном, а ушёл с двумя кре­ди­та­ми на 180 тысяч рублей

6 декабря Из жизни

Вер­нуть лицо. Теперь архан­гель­ским онколо­гам это под силу

5 декабря Из жизни

Гипер­мар­кет «Мак­си» в Севе­род­винске приг­лаша­ет в свою команду

5 декабря Из жизни

Исполн­им вашу волю

28 ноября Из жизни

Исто­рии из жизни общежи­тий САФУ. Четы­ре девоч­ки и Коля

27 ноября Из жизни

На голо­ву Козь­ме Прут­кову в Архан­гель­ске то и дело пада­ют куски кир­пи­чей и шту­кат­ур­ки

26 ноября Из жизни

«Помните: теперь в Арме­нии у вас есть друг»

25 ноября Из жизни

Запис­ки охот­ника. Валь­дшнеп, сидя­щий на воде

25 ноября Из жизни

Нян­домс­кая цен­траль­ная район­ная боль­ница попол­нилась моло­дыми кадрами

24 ноября Из жизни

Исто­рия «Прав­ды Севе­ра» в одной фотог­ра­фии. Гроза чинуш, сплет­ни­ков, хапуг и хулиганов

24 ноября Из жизни

Архан­гель­скому тех­нику­му вод­ных магист­ра­лей исполни­лось 95 лет

21 ноября Из жизни

Авиа­ком­па­ния «Нор­да­виа» пере­вез­ла мил­ли­он­ного пас­сажи­ра с нача­ла 2017 года