Северодвинец Марат Хайт четыре из своих 21 года занимается татуировками

18 июня 14:34 Из газеты
Фото предоставлено героем публикации
Фото предоставлено героем публикации

До 18 лет Марат набил себе четыре рисунка, сейчас их больше пятидесяти. Останавливаться не собирается. 

Разрабатывает собственные эскизы в цифровом формате, вдохновение ищет в работах признанных профессионалов. Марата я и попросила рассказать о моде на «украшательство» тела.

– Есть на твоём теле любимая татуировка?

— Несколько: на колене – рука с ножницами, которую набил мне друг и коллега. Об этой тату я точно не стану жалеть. Вторая – магнит на лице в белом цвете. Это – парная татуировка с этим же товарищем, которая нас сближает. Магнит – потому что притягиваемся друг к другу.

– Сам себе делал татуировки?

— Несколько. Тренировался и от скуки. Когда пигмент подплыл, и некому было подкрасить, я поправил сам. Себе делать сложнее: есть места, к которым не подобраться, и руки временами дрожат.

– Татуировки различаются по стилям?

— Японская традиционная, американская традиционная и полинезийская отличаются стилистикой, цветовым решением. Я работаю в традиционно американском стиле: жирный контур, плотный прокрас, добавляется тоненький контур, более детализированные и яркие оттенки, цветовые переходы. Графика чем‑то похожа на гравюры с разными интерпретациями. Отчётливая штриховка хорошо заметна, тень графики не имеет мягкости изображения. Выполняется исключительно в насыщенно-чёрном цвете. Дотворк – в переводе с английского – «точечная работа». Татуировка состоит из точек, наносимых в определённом интервале. Из обилия таких элементов и складывается общее изображение. В последнее время мне нравятся орнаментальные татуировки. Например, мандалы.

– Вопрос от женской аудитории: татуажем ты занимаешься?

— Нет, хотя это востребовано сейчас. Процесс даже похож, но техники абсолютно разные, поэтому было бы сложно совмещать татуаж с татуировками.

– Есть постоянные клиенты, которые забиваются только у тебя?

— Да, 20–30 человек. Приходили даже четырнадцатилетние дети с родителями. Одному такому парню я сделал дракона на весь бок – от подмышки до бедра. Он молодец, вытерпел. Ещё есть одна постоянная клиентка – девочка. Её последняя татуировка „Cry baby“ была сделана над бровью.

– Что на себе пишут люди?

— Что только не пишут! Это строго индивидуально.

– По просьбе клиента ты можешь набить любое тату или есть ограничения?

— Я максимально толерантен к вкусам клиентов, потому что у всех они разные. Не буду делать татуировку, если рисунок страшный, не в плане его смысла, а в плане исполнения. Я его перерисую, приведу в «товарный» вид и сделаю.

– Есть участки тела, на которых бить татуировки нежелательно?

— Ступни, ладони, подмышки, слизистые, трущиеся места – сгибы, локти, ладони, пальцы. Татуировка может потечь, но всё исправляет коррекция. Ощущения от иглы у каждого свои. Болевые места – рёбра, голова, пальцы, запястья, сгиб и сустав локтя, колени.

– Кому легче делать тату – мужчинам или женщинам?

— У девушек терпения больше и болевой порог ниже. Они редко демонстрируют страдания. А парни, бывает, извиваются и в обморок падают. Тогда я останавливаюсь, предлагаю нашатырь и водичку. Иногда можно обезболить место анестетиком.

– Возможно ли не сводить тату, а закрасить под цвет кожи?

— Нет. Но сделанная белым пигментом со временем выцветет. Тогда без лазера можно её сгладить. Тёмную татуировку нужно сводить или перекрывать другим рисунком. Для длительного сохранения рисунка – наоборот – важно обращать внимание на уход, внешние факторы. Например, при частом загаре татуировка выцветает быстрее. От набора массы тела она не сильно искажается (если, конечно, резко не потолстеть на 100 килограммов). В общем, чтобы не сожалеть о сделанной татуировке, нужно заранее разобраться со своими предпочтениями.

– В каком возрасте люди перестают думать, что тату может украшать их?

— К нам в студию приходят и 60–70-летние. Причём просят набить татуировки не на закрытых от постороннего глаза местах, а на шее, кистях, пальцах.

– Ты общаешься с другими татуировщиками?

— У нас проходили поморские конвенции, последний раз – года три назад в Архангельске. Это были соревнования с призовыми местами – «Лучшая татуировка за день» и подобные номинации. Сейчас этого нет: в области мало татуировщиков. Проще нас всех перевезти на более крупную конвенцию в Санкт-Петербург или Москву, где проходят международные фестивали. Там можно познакомиться с мастерами высокого уровня, набраться опыта, наладить сотрудничество.

– Какие сейчас тренды в татуировках?

— По крайней мере, в Северодвинске мода уходит в графику. Людям больше нравится чёрная цветовая гамма, хотя несколько лет назад тенденция была на цветную. Есть мода на андеграундные, домашние татуировки – простенькие картинки в одном контуре, имеющие глубокий подтекст.

В Европе, например, мастера сами задают стиль, развивают моду. Россия отстаёт, так как сохраняется позиция, что татуировки – это тюремная атрибутика. До сих пор бабушки считают меня какой‑то шпаной. Но благодаря международным тату-конвенциям Россия догоняет другие страны. Нам есть куда двигаться. Стало популярно делать тату на лице, кистях, шее. Я сделал себе кисти всего год назад, когда уже плотно стал работать тату-мастером и мог рассчитывать, что меня не выгонят с работы из‑за моих татуировок. Мир становится толерантнее к ним.

– Кстати, чем «тюремные картинки» отличаются от остальных?

— «Тюремные» можно назвать клеймом, обозначением человека, вербовкой: они всегда несут определённый смысл. Там отсутствует тонкость работы и декоративный посыл, всё внимание сфокусировано на значении. То есть отличие – в содержании и исполнении.

– А зачем люди вообще делают татуировки? На этот вопрос есть ответ?

— Просто мы все очень разные. И как раз тату – способ это подчеркнуть…

Анна МЕЛЕХИНА

Из жизни

16 ноября

Пой­демте с нами! Чем занять­ся в выход­ные в Архан­гель­ске

16 ноября

Гипер­мар­кет «Мак­си» на Мос­ковс­ком про­спекте гото­вит­ся к открытию

15 ноября

В Пинеж­ском райо­не отрем­он­тиро­вали автомо­бильный мост через реку Сура

15 ноября

Теп­ло, захват­ив­шее Севе­ро-За­пад Рос­сии, замед­лило ледо­об­разо­ва­ние на реках Архан­гель­ской области

15 ноября

Агрох­ол­динг Бело­зо­рие: высо­кое качес­тво – всег­да резуль­тат боль­ших стараний!

15 ноября

«Что ты, Вася, выду­мал? У тебя чудес­ное имя!»

12 ноября

В Архан­гель­ской области стар­то­вал лите­рат­ур­ный кон­курс для школь­ни­ков

12 ноября

Житель­ницу Виног­рад­ов­ско­го райо­на задер­жали за неуп­лату али­мен­тов и уклоне­ние от обя­затель­ных работ

12 ноября

Жите­ли Архан­гель­ска купи­ли у интерн­ет-мош­ен­ни­ков несу­щес­тву­ющие запчасти и сва­роч­ный аппарат

9 ноября

Пой­демте с нами! Чем занять­ся в выход­ные в Архан­гель­ске

7 ноября

В Архан­гель­ске отрем­он­тиро­вали дет­ский сад

7 ноября

Телеп­рог­рам­ма «Откры­тый регион» – о вто­рич­ной пере­раб­от­ке мусора

6 ноября

Татья­на Чер­ниг­ов­ская: «Мозг – не решето, из него ниче­го не вывали­ва­ет­ся»

2 ноября

За под­дер­жку семьи и детства

2 ноября

Пой­демте с нами! Чем занять­ся в выход­ные в Архан­гель­ске

Похожие материалы

15 ноября Из жизни

«Что ты, Вася, выду­мал? У тебя чудес­ное имя!»

7 ноября Из жизни

В Архан­гель­ске отрем­он­тиро­вали дет­ский сад

6 ноября Из жизни

Татья­на Чер­ниг­ов­ская: «Мозг – не решето, из него ниче­го не вывали­ва­ет­ся»

2 ноября Из жизни

За под­дер­жку семьи и детства

1 ноября Из жизни

Иван Юшма­нов: «Точ­ка невозв­ра­та у каж­дого долж­ни­ка разная»

31 октября Из жизни

Ушла из жизни Вера Нико­ла­ев­на Румян­цева, журналист

25 октября Из жизни

Небо­гато, но при­пева­ючи

23 октября Из жизни

Жите­ли дерев­ни Засулье Лешу­конс­ко­го райо­на стро­ят в лесу дорогу

22 октября Из жизни

В Вайоц Дзор – под­лечиться и уви­деть кра­соты Армении

19 октября Из жизни

«А кула­чок‑то растёт»

16 октября Из жизни

Ушел из жизни Вале­рий Мои­се­ен­ко, кол­лега и друг

9 октября Из жизни

Мимо кра­си­во­го камня не пройдёшь

8 октября Из жизни

Муни­ципаль­ным сто­кам подоб­рали очистные